— Он уже много знал о нас… — подосадовала я.
— Да — согласилась Марида. — Он очень много знал о нас, гораздо больше, чем ему могли сказать друзья. Как видно, его уже заранее предупредили о нашем возможном появлении, пусть и без особой надежды на удачу… Гал'ян все время чего-то выжидал, поглядывал на входную дверь… Естественно, врагов лучше задерживать со стражниками, чем со своими людьми, тем более, что далеко не каждый из них умеет воевать, так что сынок моей подруги предпочел понапрасну не рисковать. И здоровье свое драгоценное опасности не подвергать…
— Кстати, уважаемая атта, сейчас, наверное, уже нет смысла скрывать прошлое. Скажите, что произошло тогда, много лет назад, раз это едва не привело этого красавца на плаху? Все одно денег мы от него не дождемся, скорее все произойдет наоборот: вместо обещанного золота по наши души заявится целый отряд крепышей с оружием…
— Тогда, в Харнлонгре… Там много чего было… — вздохнула старая королева — Главное, он был замечен в целом ворохе преступлений. Все началось с убийства двух молодых женщин, каждая из которых собиралась сообщить о насилии над собой. А когда пошло следствие, то на свет вылезло очень многое: торговля порошком серого лотоса, контрабанда, и, самое главное — шпионаж… Конечно, любому, кто это совершил, в совокупности за все эти художества самое место — на плахе, но слезы и мольбы подруги… В общем, я была неправа, что пошла навстречу ее уговорам, хотя очень многие противились моему решению… Сейчас я это хорошо понимаю, как понимаю и то, что клятвы этого человека не стоят ровным счетом ничего.
— Уважаемая атта, как вы могли его помиловать?!
— Все же мать этого человека была моей лучшей и, как я считала, верной подругой, и именно оттого я пошла против своих принципов и убеждений. Это еще одно доказательство того, что стоящим у власти нельзя поддаваться на бабские эмоции и воспоминания о прошлом. Увы, но это была не моя единственная глупость… Но сейчас для нас куда важнее другое: где мы можем раздобыть такую гору денег? Я так надеялась на… этого человека!
— Уважаемая атта, а этот хмырь — он богатый человек?
— Раньше — да, он был очень состоятелен, но вот каковы его денежные дела сейчас — не знаю.
— То есть как это: вы не знаете, где взять деньги? — а Кисс что-то задумал. — Так я скажу вам, где их можно раздобыть. У Гал'яна. Деньги у него должны быть, лично я в этом не сомневаюсь. Содержать такой дом, как у него, стоит весьма недешево. Да и будучи главой города наш милый друг, без сомнения, что-то заимел, возможно, захапал куда больше, чем дозволительно. Конечно, вполне может быть и такое, что его сняли с должности за что-то иное, но, думаю, что бедным и обнищавшим он никак не ушел. Наш красавец никак не тянет он на бессребреника широкой души.
— Я не понимаю…
— Видите ли, уважаемая атта, я считаю, что порок надо наказывать. Так что сегодня мы займемся именно этим благим делом. Пока я толкался на улице, то заодно и осмотрел наружи дом нашего красавца. Укреплен он, конечно неплохо, но почти всегда можно что-то придумать…
— Кисс, — вздохнула я, — если ты хочешь сказать нам…
— Говорю прямо: я хочу немного пощипать этого типа.
— Что мы можем сделать? Дом наверняка хорошо охраняется…
— Мы тоже не лыком шиты. Главное — пробраться внутрь, а уж там как будет угодно Всеблагому. Повезет — хорошо, а если не получится, то будем думать, что делать дальше.
— А почему бы и нет? — внезапно улыбнулась Марида. — Это даже интересно…
— Вот и я про то же… И потом… Лично меня больше всего удивляет другое: этот красавец пытаться сдать страже человека, который когда-то спас его жизнь!.. Это даже не назвать верхом непорядочности, подобное — самая настоящая подлость. В конце концов неблагодарность — тяжкий грех, а за грехи надо платить. Итак, скоро стемнеет, самое время для черного дела… Оди, тут без тебя нам никак не обойтись.
Глава 21
Еще до наступления темноты Марида отвела наших лошадей на один из постоялых дворов — дескать, наша семья только что приехала из глубинки, желая повидать родственников. Но тех пока нет дома — ушли куда-то, так что до их возвращения все приехавшие пошли в храм, помолиться. Пусть пока лошади у вас на конюшне постоят, мы их чуть позже заберем, когда родня придет домой… Просьба обычная, лошадей тут часто оставляют на постоялых дворах, так что это не вызвало никаких подозрений, все вполне обычно и в духе Траб'бана: понятно, что пока молодые молятся в храме, старуха, уставшая с дороги, здесь посидит, дух переведет…