На этот раз заданием стало использовать заклинание привязанности или злости на добровольных подопытных. Ими могли выступить брат или король, если они позволят влиять на себя. В самом плохом случае, девочка всегда может обратиться к учителю и попросить его помощь во вне урочного времени.
— Запомни одно – не нужно использовать эти заклинания без надобности. — Строго проговорил мужчина, посмотрев на принцессу. — Помни, что магия не может заставить человека полюбить тебя или возненавидеть до конца твоих дней. Рано или поздно чары спадут, а человек, с которым ты все это время играла, однозначно изменит свое отношение к тебе.
— Можете быть во мне уверены, учитель! — немного взволнованно, на от этого не менее гордо и твёрдо заявила Тониэлл, улыбаясь.
— Я в тебе и не сомневаюсь. — Добродушно добавил мужчина, потрепав маленькую принцессу по голове.
Между Хелен и её наставником был налажен контакт, которого ранее так не хватало другим преподавателям. Они обучали намного скучнее, не прислушивались к мнению Тониэлл, и давали кучу ненужной информации, которая в будущем никак не пригодилась бы. Маг-целитель же был полной противоположностью всех прошлых учителей. Он старался каждый раз слушать пожелания маленькой королевской особы, делать из них какие-то личные выводы и исходя из этого подстраивать программу обучения, чтобы та была более комфортной не только для преподавателя, но и для ученицы. Низкорослый мужчина тепло относился к своей воспитаннице, словно она была его дочерью.
Примечательно, что несмотря на такой высокий уровень доверия, мужчина с длинной бородой так и не представился, не назвал своей фамилии или хотя бы имени. Ничего. Из-за подобной анонимности, Хелен приходилось выкручиваться, чтобы хоть каким-то обращаться к своему наставнику. Никаких особых проблем безымянность преподавателя не приносила, но юную принцессу с каждым днем все больше одолевало любопытство. Она хотела узнать, в чем же причина такой маскировки и можно ли этого как-то избежать. Пока Тониэлл старалась не поднимать столь неоднозначный вопрос, но она хотела рано или поздно поговорить с учителем на эту тему.
Принцесса вернулась в свои покои, находящиеся в личной башне. Первыми ее мыслями было то, на ком же практиковать свои магические способности. Девочка точно знала, что брата сейчас нет дома, а отец скорее всего занят какими-то политическими вопросами. Все семейные вопросы чаще всего обсуждались во время ужина или после него, когда никаких важных дел уже не было, а до сна оставалось неопределённое количество часов.
— Нет смысла решать домашнее задание прямо сейчас. — Стала вслух рассуждать Хелен, шагая по комнате. — А что, если попробовать вычислить местоположение Кори, путем магических способностей. Вот только как... — девочка мысленно поругала себя за то, что не задалась этим вопросом ещё на уроке, когда у нее была возможность поговорить об этом с учителем. Самой разобраться в магии такого направления будет слишком сложно. Это может на мешаться с уже известными чарами, и привести к полной путанице.
Решаясь пока что оставить все, как есть, юная принцесса устало завалилась на кровать, взяв с собой листок бумаги и специальные краски, которые родители подарили несколько дней назад. Ни о какой профессиональной деятельности художника и речи быть не могло. Хелен лишь училась рисовать, и пока делала для себя небольшие успехи, с трудом, но вырисовывая желанные пейзажи и фигуры. Лёгкое магическое изнеможение давало о себе знать. Руки Тониэлл слегка тряслись, глаза не могли сфокусироваться на чем-то конкретном. Девушка слегка потрясла головой и сделала глубокий вдох, стараясь сосредоточиться на своей цели. Это помогло. Всего через несколько секунд рыжеволосая была полностью готова посвятить себя в новое увлечение. Проведя пером с краской по бумаге, Хелен оставила небольшую тёмную линию, с которой и начнётся новый рисунок.
Глава девятая
С момента последнего визита Бесславных прошло больше недели. Парень не раз вспоминал синеволосую девчонку, которую он спас от стражников. Несколько раз её образ непроизвольно всплывал в голове, как мимолетный призрак или галлюцинация. Блондин иногда подумывал вернуться на территорию Проклятого города и поговорить с Одисом на тему сотрудничества или взаимной помощи в делах восстановления справедливости. Полностью присоединяться к этой шайке юноша не желал, а что поддерживать с ними определённое общение было бы выгодно для обеих сторон. Реализовать подобные мысли парень не торопился, оставляя их лишь в своём сознании.