— Минутку, Филип, — взмолился я.
Да, аккуратностью я, конечно, не отличаюсь, но в таком беспорядке не мог оставить свой рабочий стол. Только сейчас я заметил, как разбросаны, перемешаны бумаги и книги. Быстро поднявшись с постели, я переворошил несколько листков, надеясь развеять охватившие меня подозрения, потом принялся торопливо шарить в этой груде бумаг. Бесполезно: кто-то успел обыскать мой стол. Пропал и календарь Роджера Мерсера, и все мои записи.
— София, — сам себе не веря, прошептал я.
Глава 11
Дождь, скучно и равнодушно бьющий в окна дождь разбудил меня в понедельник, еще до того, как церковный колокол созвал прихожан к заутрене. За ночь густые тучи вернулись, и небо стало свинцово-серым, квадратный двор снова покрылся лужами и жидкой грязью.
Ночью отдохнуть почти не пришлось: мы с Сидни засиделись допоздна, размышляя над тем, что нам было известно, но это было похоже на детскую игру в веревочку: сплошные умствования. Распутать узелки ни он, ни я не могли. Я решил поговорить с Софией, и чем раньше, тем лучше: либо календарь и мои бумаги забрала она, либо кто-то видел, как она выходила из комнаты, и воспользовался случаем, сообразив, что дверь осталась незапертой.
Я перекинул ноги через край кровати и тут заметил на полу что-то белое — потянулся рукой и нащупал клочок бумаги. Повертев его в руках, я узнал собственный почерк: это была копия шифрованной записи из календаря Роджера, и под ней были записаны две-три фразы с использованием этого кода — накануне перед сном я всерьез занялся этой загадкой. Обрывок бумаги, стало быть, завалился под кровать и ускользнул от внимания вора — не хотелось мне думать, что это была София, — который обчистил мой стол, пока я был на ужине. Хорошо хоть копия кода у меня осталась, но где взять письма, которые Роджер Мерсер писал или переводил с помощью этого кода? Тот, кто обыскивал комнаты Мерсера до меня, очевидно, искал эти письма или другие документы в том же роде; возможно, за ними приходил и Слайхерст. Преуспел ли кто-нибудь из них в поисках, я так и не знал.
На Сидни все еще лежало тяжелое бремя развлекать пфальцграфа, однако он обещал мне расследовать связи Габриеля Норриса с семейством Наппер и разузнать, что это была за охота, во время которой пропал волкодав. Я взял на себя визит в лавку Дженкса на Кэт-стрит. Решил, что сделаю вид, будто хочу купить книги, и попытаюсь выяснить что-нибудь насчет его незаконного бизнеса. Кроме того, придется собраться с духом и вновь наведаться в «Колесо Катерины»; авось услышу от Хамфри Причарда еще что-нибудь интересное. Злоупотреблять доверием слабоумного кухонного мальчишки, — совесть при мысли об этом слегка покалывала. Но дело есть дело, и я, как советовал Уолсингем, постарался сосредоточиться на конечной цели. Но, в отличие от моего патрона, я не был политиком, и рассуждения о том, что можно принести отдельных людей в жертву отдаленному, но конечно же прекрасному будущему, давались мне нелегко… Впрочем, пока что об этом можно не думать, надо поговорить с Софией.
На заутреню я не пошел, с меня вполне хватило и одного посещения англиканской церкви. Утро я провел с книгой у окна в надежде заметить Софию, если она, по своему обыкновению направляясь в университетскую библиотеку, пройдет через двор. Я понимал, что ректор не позволит мне поговорить с дочерью, если я попрошу у него разрешения, но надеялся, что София отважится прийти в библиотеку, пока все студенты в церкви и на занятиях. Но что, если отец лишил ее и этой привилегии? Сам я лишил себя привилегии позавтракать, и мой желудок громко протестовал, но я решил не отлучаться на поиски пропитания — еще, чего доброго, упущу Софию.
Незадолго до девяти часов она вышла из апартаментов ректора — не глаза, но почему-то вдруг вздрогнувшее сердце предупредило меня о ее приближении. Я торопливо схватил плащ, собираясь бежать ей навстречу, но девушка шла вовсе не в библиотеку, да и одета она была сегодня особенно нарядно. Решительным шагом София направлялась к привратницкой.
Я поспешно запер дверь комнаты. Хотя зачем? Ничего ценного там не было: бумажку с шифром я сунул в карман, тяжелый кошелек — аванс Уолсингема — подвесил к поясу. Тоже глупо: если нападут бандиты, я разом лишусь всего, но зато могу больше не опасаться обыска в свое отсутствие. Скатившись вниз по ступенькам, я побежал через двор к арке ворот, скользя на влажных камнях, но, когда я выскочил за ворота на Сент-Милдред-Лейн и глянул по сторонам, Софию нигде не увидел. Идти так быстро, чтобы успеть свернуть за угол, она никак не могла, стало быть, я неправильно определил, куда она шла. Я вернулся на территорию колледжа, прикрыл за собой ворота и тут услышал негромкий женский голос — он доносился из привратницкой.