— Я не очень хорош в политике и, действуя по своему разумению, могу помешать Вашим планам, но если Ваша светлость отдаст приказ — я атакую победителя.
Но вместо ожидаемого ответа, Санча спросила:
— Настолько плох, что Вы назвали меня светлостью?
— Все мы в руках Господа, — совершенно серьёзно ответил Рамон де Ривзальт, показывая, что в выздоровление графа не верит.
Санча задумалась и перевела взгляд на выстроившихся рыцарей с двух сторон и отряд арбалетчиков, к которым со спины для прикрытия подошли её гвардейцы. На самом деле, это лишь выглядело так со стороны. У гвардейцев была другая задача — не допустить вмешательства генуэзских арбалетчиков в сражение.
Де Ривзальт терпеливо ждал ответа и уже сожалел о сказанных словах. Ведь Санча так юна и предложенное де Ривзальтом может показаться ей недостойным. Де Ривзальт рисковал своим будущим местом при графском дворе. Неужели он ошибся, и жёсткий блеск в глазах Санчи, напомнивший ему о её отце, всего лишь померещился? В самом деле, Рамон, Вы сошли с ума! Откуда в столь юном сердце взяться такому коварству⁈
Санча же не думала о моральной стороне вопроса. Она выбирала. После вести де Ривзальта об отце до Санчи дошло, что выбирать мужа ей следует не столько как женщине, но как графине. И выбор был неоднозначен. Виконт Эмери Санчу не привлекал, как мужчина. Санча даже опасалась, что в будущем он станет ей противен. Зато виконт был слабым правителем, он был управляем и для Её светлости предпочтительнее. В отличие от Гильома. Виконт Конфлана был опасен, своенравен и к тому же умён. Санча смущалась, когда представляла его своим мужем. Сможет ли она ему подчиниться? Захочет ли?
Время вышло.
— Мой командант (102), ступайте к рыцарям и следите за прапором с моими цветами, — Санча указала на воткнутый рядом с шатром прапор с гербом Руссильона. — Увидите размахивание прапора из стороны в сторону — атакуйте!
Де Ривзальт просветлел лицом, слегка поклонился головой и побежал к своей лошади, с разгону запрыгнув в седло, не касаясь стремян. Руссильонцы галопом умчались к своей позиции.
Тем временем рыцари заканчивали выстраиваться и ждали сигнала. Конфлану требовалось больше времени, они только что поучаствовали в сшибке, а виконт Эмери ждал, когда же арбалетчики откроют стрельбу.
Арбалетчики ждали приказа. За ними выстроились васки, с которыми они сегодня уже неплохо повоевали вместе. Только вот васки стояли напряжённо, держа наготове на плече свои тяжёлые дротики. В кого они здесь собирались их метать? Командира арбалетчиков Пьеро Фригоза поначалу поведение васков повеселило. Но приказа всё не было и не было. Пьеро заметил, как некоторое время назад к васкам подъехал их глава Зумар. Что-то изменилось. Опытный наёмник почувствовал что-то. Он стал чаще оборачиваться на васков. Ему не нравились их взгляды. В конце концов, Фригоза не выдержал и пошёл прямо к Зумару.
— Что происходит, капо Зумар? — тихо спросил арбалетчик командира васков, хмуро взирающего на генуэзца.
— Мы не вмешиваемся, капо Пьер, — в тон ему тихо ответил Зумар.
— Полагаю, у команданте другое мнение? — удивился Фригоза.
— Командант Витторио мёртв.
Фригоза удивился, но поверил сразу. Зумар неуловимо напрягся, готовый к бою. Уж опытный генуэзец такого не заметить не мог. Фригоза снова оценил обстановку. Васки были готовы нашпиговать своими дротиками арбалетчиков, неожидающих нападения со спины.
— Почему, капо Зумар?
— В Евангелии сказано: «невозможно служить двум господам». Он забыл об этом. Мы служим домине Санче и тот, кто отказывается выполнять приказ — предатель. Ты тоже?
Фригоза сглотнул.
— У меня кондотта (103) с архиепископом
Зумар слабо покачал головой:
— Невозможно служить двум господам — забыл? Кто-то из вас уже нарушил… кондотту.
— Мне нужно обсудить это с компани (104).
Зумар подумал, взвесил и ответил:
— Кто повернёт арбалет — конец разговорам!
Фригоза понятливо кивнул и отошёл к своим арбалетчикам. Первым делом он скомандовал:
— Арбалеты на упор!
Арбалетчики недоумённо переглядываясь, выполнили команду, уперев стременем арбалета в землю. Далее Фригоза тихо объяснил компани ситуацию. Арбалетчики стали оглядываться на васков, стоявших в дюжине локтей за их спинами.
Вскоре Фригоза вернулся к Зумару.
— Мы выполняем приказы Её милости.
Зумар удовлетворённо кивнул:
— Её милость предлагаем вам кондотту на два года, если решите остаться.