На вторые сутки после посещения канцлера, я почувствовал по ту сторону какое-то движение.
«Есть поклёвка».
Затаив дыхание, терпеливо ждал когда очередная жертва подойдёт достаточно близко чтобы надёжно схватить её.
«Пора»!
Выбросив вперёд свои бестелесные хваталки, что есть силы вцепился в добычу и ни теряя ни мгновения рванул на себя стремясь выдернуть бога в реальность. В первое мгновение мне показалось, что я схватил гору, энергетическое тело бога, несмотря на мой могучий рывок, даже не шелохнулось. В следующий миг, я лишился всех своих «рук».
«Мама»!
Взвизгнув от боли, я мгновенно всё понял. Напрягая мышцы на разрыв, бросился из храма прочь. Меньше секунды мне понадобилось, что бы преодолеть звуковой барьер, с громким хлопком моё тело на краткий миг окружило облако(паровой конус или эффект Прандтля-Глоерта), ещё через миг оставив далеко позади облако, я вырвался из города. Позади затряслась земля, но благодаря «липким лапкам» я даже не сбился с шага и не сбавил скорости, только отмахав добрую сотню километров, осмелился оглянуться. Благодаря, тому, что я был на возвышенности, смог разглядеть ответный удар настоящего бога.
Город, как и часть горной гряды, что начиналась в десяти километрах за городом, просто перестали существовать. Благодаря своему сверхзрению, я отлично видел огромную тучу из пыли и длинный титанический рубец в земле, тянущийся на добрых полсотни километров.
— Кажется я себя сильно переоценивал.
Пробормотал я с нервным смешком.
Немного испуганный и потрясённый мощью настоящих богов, поспешил убраться подальше от разлома в пространстве, в который превратилась небольшая червоточина.
«Придётся изыскать другие способы исцеления, ну их нафиг этих богов».
Только пробежав насквозь целую провинцию я окончательно успокоился.
«Если бы этот монстрюга мог меня убить, уже бы убил, а раз я до сих пор жив, значит в этой реальности он меня достать не может».
Убедив себя в безопасности решил остановиться в каком-нибудь придорожном трактире, заесть стресс. Как раз через несколько километров мне попался постоялый двор.
«То что надо».
Общепит с примесью третьесортной гостиницы был самым обычным. Грязный, усыпанный конскими яблоками двор с коновязью и небольшой конюшней в углу. Само здание было двухэтажным, сложенным из толстых, потемневших от времени и непогоды брёвен, маленькие окна-бойницы затянутые бычьими пузырями, завершали унылую картину среднестатистического придорожного кабака. Судя по десятку усталых лощадей у коновязи трактир не пустовал.
Смело толкнув дверь, вошёл в плохо освещённое помещение с низким потолком. Грязные, грубо сколоченные столы, длинная стойка и заплеванный пол убедили меня окончательно, что до столицы отсюда очень далеко. Посредине, за самым большим столом сидела группа хорошо вооружённых мужчин и усиленно работала челюстями. Мой наметанный глаз мгновенно отметил, что вина на столе, только один кувшин.
«Не искатели точно и на наёмников не похожи, я бы сказал телохранители при исполнении, но что-то не видно объект охранения. А это значит, что они везут какой-то ценный предмет».
Из любопытства хотел подойти и расспросить воинов, что везут, но аппетитные запахи донесщиеся из кухни, заставили отложить это дело на потом.
— Хозяин! Жрать неси.
Завопил я богатырским писком. К моему удивлению меня не узнали. Солдаты на мой тонкий вопль сдержанно рассмеялись, а крупный мужчина за стойкой нахмурился.
«А у меня же ещё и денег нет»
Не к месту вспомнил о своём финансовом крахе.
Вздохнув пошёл к стойке, под недовольным взглядом трактирщика взобрался на высокий табурет.
— Хозяин накорми меня, а я буду должна тебе одну услугу.
Мужик побагровел и уже открыл рот, чтобы обрушить на меня, последний в своей жизни поток брани, как был перебит здоровенным солдатом, что следом за мной подошёл к стойке.
— На корми её. Я плачу.
На стойку упала серебрянная монета.
— Спасибо дядя солдат.