Олеся впитывала образы, перенимала повадки и характеры, не догадываясь о том, что всё это её производное, что в каждом образе отражается лишь одна из многочисленных граней её личности... Не догадываясь о том, что тысячи странных персонажей за серебристым барьером - это всё она, Олеся.
В детстве у неё был кубик Рубика. Кто-то из взрослых дал ей головоломку, где каждая сторона была упорядочена в один цвет. Олеся покрутила кубик в руках, и порядок превратился в пёструю мозаику. Несколько недель девочка пыталась вернуть игрушке первоначальный вид, однако запутывалась всё больше и больше. Наконец, она не выдержала. Сняв аккуратно пластиковые наклейки, девочка вручную переставила их так, чтобы кубик Рубика «собрался».
Посещая книжные магазины, взрослая Олеся разглядывала иногда головоломки и вспоминала ту дошкольную историю. Она не любила тяжелые, основательные фигуры, однако из-за мозаичности порой сравнивала себя с кубиком - точнее, с его случайной комбинацией разноцветных граней. И всякий раз она задавалась одним и тем же вопросом: нужно ли было собирать его? Так уж ли нужен был этот порядок?
Что, если ДНК собрать, как ту головоломку, расположив элементы группами и распределив их в строгой последовательности? Олеся медленно покачала головой. Она вдруг увидела бесконечно длинную улицу, залитую холодным солнечным светом и заставленную рядами одинаковых кубов, - идеально белых правильных кубов. Миллиарды кубов на планете! Вот в кого мы рискуем превратиться в порыве бессмысленной тяги к перфекционизму!
Как же она не догадалась об этом раньше?
***
Мы переглянулись.
- У меня сейчас такое чувство, что это не Олеся идиотка, а мы с тобой дуры, - пожаловалась фея. - Она водит нас за нос.
- С логикой у неё всё в порядке, с мозгами, похоже, тоже. Ты видела, как она ловко прикинулась озабоченной судьбой проекта? И ведь глазом не моргнула, не дала директору даже опомниться, - хмыкнула я одобрительно.
- Но подруге-то сказала правду. А почему? - спросила фея.
- Потому что она подруге доверяет. Видимо, эта Маринка из соседнего отдела - надёжный человек, и не будет трепаться направо и налево.
- А нам с тобой, увы, она не доверяет.
- Не доверяет, - согласилась я, - и, похоже, не только нам. Что-то вся эта абсурдная «любовь» у меня теперь под большим знаком вопроса.
- Нам бы взглянуть в её тетрадку, хоть кусок текста выхватить, -вернулась к своей навязчивой идее фея.
- Хорошо, - кивнула я, - давай попытаемся. Затаимся перед монитором и будем следить за ней. Как только она будет записывать, жми «Ctrl+» на максимальное увеличение и делай скрин. Только быстро, чтобы она нас не запалила!
Мы заняли выжидательную позицию. Спустя пару часов - о, наши затёкшие мышцы и уставшие шеи! - ни о чём не подозревавшая Олеся захлопнула книгу, поднялась с дивана, и, постояв в раздумьях секунд двадцать, выдвинула ящик, в котором пряталась тетрадь. Раскрыв её на первой странице и положив на стол, она вышла из комнаты.
- Давай, жми! - закричала я фее.
Фея щёлкала клавишами до тех пор, пока текст не стал читабельным.
- Фоткай! - моя товарка умоляюще показывала глазами на «Prtscreen», еле-еле удерживая непослушные кнопки ноутбука, и я, не теряя времени, быстро скопировала изображение.
Олеся уже возвращалась. Войдя в комнату, она вдруг подозрительно посмотрела по сторонам, и - словно почувствовав что-то - бросилась к столу и живо захлопнула тетрадь.
- Фух, - фея провела по вспотевшему лбу тыльной стороной ладони. - Успели... Вот зараза какая, тут же просекла тему. Видала, как она примчалась?
Я угукнула с некоторым чувством неловкости. Мне было стыдно перед Олесей за наше гадкое поведение, но другого выхода не было, коль героиня принялась не на шутку скрытничать.
Мы открыли файл с копией экрана и, едва не столкнувшись лбами, уставились в монитор. Ровным почерком на странице, датированной семнадцатым февраля, были выведены знакомые слова. «Олеся. Стоп. Спокойно. Так, сейчас ты сделаешь глубокий вдох, а потом выдохнешь. Тебя надули. Так бывает. Помнишь, ты в детстве смотрела на лотерейщиков? Помнишь тех людей, которые «велись» и проигрывали деньги? Их много. Олеся, ты не одинока - лохов достаточно. Ты просто на днях вступила в их ряды. Всё нормально, у тебя есть незримая группа поддержки из миллионов доверчивых граждан, обманутых мошенниками. Ты успокоишься, и больше так не будешь, правда?».
В комнате воцарилась тишина. Абсолютная пустая тишина. Мы с феей не смотрели друг на друга, и, кажется, постепенно начинали осознавать действо, происходящее по ту сторону монитора...