– Эридон был создан тысячелетия назад. Его населяли люди без потоков, без силы, без богов. Они возделывали землю, создавали оружие, сражались друг с другом, строили дома, верили в звёзды и умирали в неизвестности. Но однажды....
Звёзды в проекции задрожали, а на разных сторонах материка прорезались светящиеся трещины – восемь врат, сияющих разным светом.
– …в один день, в один час в разных уголках мира открылись врата. Из них вышли иные: драконы, демоны, эльфы – создания, родившиеся в других мирах. С ними пришли новые законы, новая кровь, магия. И память о тех, кто их вёл.
В воздухе проступили символы – древние знаки, от которых по коже пробежал холодок. Я сразу узнала один из них: искажённую печать Хаоса.
– Творцы Миров, – продолжила преподавательница, – это могущественные существа, которых мы зовём богами: Ньо́рд, Ха́ос, Тэр, Калире́т, Сильва́на и другие. Именно они открыли Врата. Почему? Никто не знает, ибо Творцы не сказали ни слова. Они просто выбрали Эридон и закрыли за пришедшими в наш мир дорогу обратно.
Иллюзия сменилась: теперь над Вратами возвышались алтари: величественные, разные по облику, но схожие по духу. Каждый из народов воздвиг своё святилище на месте прибытия. Каждый возносил молитву тому, кого считал своим проводником.
– С тех пор земли Эридона изменились. Новопришедшие начали осваивать пустующие территории, строить жилища, создавать государства, неся с собой свою веру, свои традиции. Возникли первые конфликты. Люди, испугавшись, сопротивлялись. Но всё изменилось, когда иные открыли людям магию.
Она указала на нити света, которые затрепетали над всем материком.
– Сила Потоков. Энергия, что витала в самом воздухе Эридона, оставалась недоступной смертным до того дня, как они обучились магии у пришедших иных рас. Люди начали чувствовать потоки, исследовать их. Так мы получили магов. Началась «золотая эпоха согласия» – время великих открытий, союзов, благословений.
Голос мадам Ольеры чуть потемнел.
– Но всё прекрасное не вечно. Появились вопросы. Кто такие боги? Почему они вмешались? Что за цену мы заплатили за магию?
Символы в воздухе вспыхнули и тут же исказились.
– Когда одни продолжали преклоняться, а другие начали сомневаться и бунтовать, над миром впервые сгустились тени. Началась Мятежная война – война против богов.
Она замолчала, давая адептам осознать смысл сказанного.
– И, если вы думаете, что это осталось в прошлом, вы плохо понимаете природу магии.
Но об этом позже.
Мадам Ольера ненадолго замолчала, позволив зрительным проекциям угаснуть. Тишину прервал светловолосый юноша в круглых очках.
– Простите, мадам, а чем закончилась Мятежная война? Ведь вы сказали – «война с богами»…
Мадам Ольера выслушала вопрос, кивнула.
– Мятежную войну, – произнесла она, и звучание этих слов будто сделало воздух в аудитории плотнее, – мы подробно будем изучать во втором семестре и разберём всё, что к ней привело. Но если вам не терпится, расскажу в общих чертах, а вы уж постарайтесь удержать в себе искру интереса.
Она сделала шаг в сторону, и на фоне за её спиной появился новый образ: изломанный пейзаж, пересечённый огнём и молниями. Над землёй плыли гигантские силуэты, которые невозможно было разглядеть до конца, словно разум отказывался их постигнуть.
– Примерно через три с половиной века после появления магии началось великое возмущение. Тогда всё казалось возможным: народы слились, законы действовали, знания множились. Вера в богов была крепка. Алтари стояли в каждой крупной столице, творцам были посвящены праздники, их имена звучали в песнях и клятвах.
Пауза. И затем – тише, холоднее:
– Но за благоговением пришёл страх, вслед за сомнением проснулась гордыня. Всё чаще звучали голоса: «Зачем нам боги, если сила уже у нас? Почему мы поклоняемся тем, кого никогда не видели? Почему мы зависим от воли тех, кто создал нас, но не объяснил зачем?»
В проекции появились силуэты мятежников: люди, драконы, демоны, эльфы, гномы, тролли, оборотни. Рядом, плечом к плечу. Их много. Очень много тех, чья суть была проста: отказ. От покорности. От поклонения. От самой идеи, что сила может принадлежать только тем, кто стоит над тобой.
– Эти вопросы объединили тех, кто счёл, что божественная власть – не благословение, а узда. Так началась первая дерзость. Мятеж.
Мадам Ольера повернулась к залу. Её голос будто отражал эхо древнего ужаса. Иллюзия над аудиторией изменилась. Теперь появились боги. Невидимые, только очертания. Слишком яркие, чтобы на них смотреть. Слишком властные.