– Vincula, – прошептала я, завершая заклинание.
Преимущество «силков» в том, что если ты заранее не готов к атаке, то потом что-то делать уже бесполезно.
– Какого… – Рианс не успел закончить фразу.
Его тело, как и Никласа, скрутило в воздухе, и они с глухим звуком рухнули на пол, связанные магическими нитями. Красиво так, художественно. Как подарок на праздник.
– Сними заклинание! – рявкнул Никлас, дёргаясь в ловушке.
– Конечно. Как только научитесь выбирать выражения и уберётесь от моей скромной персоны, – я легко присела рядом, глядя на них сверху вниз.
Краем глаза заметила, как кто-то выскочил за дверь столовой. Значит, скоро здесь будет преподаватель или сам ректор, нехорошо.
– Астрид, это надолго? – донёсся голос Андраса из-за плеча.
– Было бы надолго, но нас уже сдали. Скоро здесь будет кто-то из преподавателей. Надо ускоряться, – я вытащила из сапога кинжал, любимый, проверенный.
Лезвие скользнуло по щеке желтоглазого не прорезая кожу, но достаточно близко, чтобы напрячься.
– Последнее предупреждение: не лезьте ко мне. Иначе придётся долго зализывать раны, – клинок сместился к его бедру. – И последствия запомнятся надолго.
– Ты переходишь границы, – это был уже напряжённый голос синеглазого.
Я нехотя перевела на него взгляд – и не пожалела. По скулам недооборотня ходили желваки, чуть прищуренные глаза метали молнии, губы сложились в напряжённую линию, брови сведены, между ними пролегла глубокая складка. Застывшая угроза. Красив, ничего не скажешь. Даже слишком. Я бы и засмотрелась, но не тот момент, не та обстановка, да и в руках кинжал, не зря же я его доставала.
– Границы? – я наклонилась ближе, и лезвие легло ему на щёку, повторяя ту же самую ласковую, почти дразнящую траекторию, что и с оборотнем. – Их с завидным постоянством переходишь ты и твой дружок с хвостом. Но, странное дело, тебя это почему-то не тревожит.
Пальцы крепче сжали рукоять кинжала. Не для удара – для акцента. Вплотную поднесла его к его глазу.
– Напомнить, что я обещала сделать с твоими глазами, Рианс? Или сам вспомнишь?
Он не отвёл взгляд. Но в их синеве что-то мелькнуло.
– Астрид, – осторожно позвал Андрас.
Видимо, он был уверен, что я сейчас займусь выкалыванием глаз.
Спасибо, конечно, за веру, но я не законченная идиотка.
Хотя… кто знает, как бы я поступила, будь сейчас не в академии.
– Андрас, – повернулась к нему, давая возможность прочитать всё, что думаю, без слов. – Я только один, для профилактики, – ласково добавила, но взгляд был куда красноречивее: «Это игра, демон. Не мешай мне выигрывать».
Он понял. Кивнул едва заметно. Я уже развернулась обратно к своей «жертве», чтобы закончить спектакль (может, парой слов, может, лёгким порезом по самолюбию), как вдруг меня резко схватили за запястье.
Пальцы – горячие, крепкие. Рывок. И я уже знала, кто это. Даже не глядя. Потому что воздух сам вокруг него будто изменился: сгустился, задрожал.
– Пора поговорить, – жесткий приказ и прежде, чем я успела что-либо сказать (что-нибудь очень острое и очень грубое), меня затянуло в переход.
Перемещение длилось не дольше удара сердца.
Мы с недооборотнем оказались посреди пустыря под ливнем. Дождь бил в лицо острыми каплями, вынуждая щуриться. Слева темнел лес, справа мерцал огнями город и громоздилась академия.
Я промокла за секунду. Рубашка прилипла к телу, мокрые волосы прилипли к лицу. Вскинув голову, я огляделась и с раздражением спросила:
– Как ты выбрался? – голос тонул в громовых раскатах, пришлось говорить громче. – Удачное место для «поговорить». Идеально подходящее для убийства. Без свидетелей.
– Да кому ты нужна, чтобы тебя убивать, – фыркнул он. Волосы мокрые, в глазах мечутся отблески молний. – Я действительно хочу поговорить без криков и твоих любимых угроз.
– Мы этим и занимались. Только в более комфортной обстановке, – с нажимом заявила я. Молнии вспыхивали с пугающей частотой, а щит, который я пыталась вызвать, моментально рассыпался в воздухе. – Так как ты выбрался?
– Ловкость рук и годы тренировок, – буркнул синеглазый в ответ. – Астрид, мне надоели эти стычки.
Он сделал шаг, приблизившись почти вплотную. Голос стал ниже, мягче, в нем появилась тянущая нотка – такая, от которой у неподготовленных особ учащается пульс.
– Можешь просто поговорить? Хотя бы раз?
– Только после вас, – я вскинула подбородок.