Эрик повернул голову, покачал ею назад и вперед по подушке, глядя в ее обеспокоенные глаза.
— Нет. Я не откажусь от тебя. Если Люси Чертовка не захочет, чтобы я был ее любовником, я буду ее другом. Для меня важно лишь то, чтобы ты вернула все украденные части себя, которые Неро и Кира смогут помочь тебе найти.
— Но какая женщина приложит к тебе свои талантливые руки в постели, если женщина, которой я стану, не пожелает этого делать? Перестань смеяться. Это проблемы, из-за которых я мучаюсь и не могу принять решение относительно моего восстановления.
Эрик все равно рассмеялся. Кто бы ни стал в такой ситуации? Но серьезно ответить на ее опасения было невозможно. Ни у кого из них не было ни настоящего хрустального шара, ни кибернетической программы для гадания.
— Милая, я думаю, что твой вывод упускает из виду некоторые важные данные. Видишь ли, ты предполагаешь, что твоя версия под названием Люси Чертовка не поддастся моему обаянию, так как это сделала твоя версия Мисс Сексуальные Штаны. Мы оба знаем, что я преодолел твой код Компаньона Нового Мира, запрещающий тебе получать удовольствие. Я все еще думаю, что именно поэтому у тебя произошло короткое замыкание, и ты оказалась в спячке. Что ж, я планирую уговорить Люси Чертовку делать со мной те же самые вещи. Вот увидишь.
Люси перекатилась на колени и подползла, пока не склонилась над Эриком.
— Я могла бы остаться такой, какая я сейчас. Под моим руководством они могли бы внести минимальные изменения. Ты можешь остаться моим мужем по контракту. Я могла бы остаться твоей Люси. У нас могло бы быть еще много таких ночей, как вчера. Я могла бы обслуживать твои нужды столько, сколько ты захочешь. Мне это кажется более логичным, чем возвращение к какой-то неприятной версии меня, с которой никто из нас на самом деле не хочет бороться.
Эрик поднял руки и обхватил обе груди Люси. Она прижалась к нему всем своим весом. Было блаженством чувствовать себя настолько с ней связанным и в то же время таким возбужденным.
— Пейтон сделал что-то подобное с Кирой. Он оставил программу «Кибермуж» прежней, и это, похоже, не сильно повлияло на его характер. Но я с самого начала знал, что настоящая Люси… вся Люси… не такая милая, как ты все время со мной. Если бы я поощрял тебя оставаться такой, чтобы облегчить мою жизнь, я бы относился к тебе так же плохо, как и любой другой эгоистичный мужчина. Ты имеешь право на всю жизнь как целостная личность. У тебя есть право выбрать меня или отвергнуть. Я рискну.
— Значит, ты действительно готов рискнуть и потерять меня? — спросила Люси, немного задетая его словами.
Эрик обнял ее, когда она прижалась к нему своим телом.
— Допустим, я готов поставить свою версию Люси на кон, чтобы мы получили по-настоящему счастливую версию тебя. Моя военная служба по большей части сформировала меня как личность. И я не могу себе представить, чтобы у меня не было об этом воспоминаний. Я прочитал записи о твоей службе… прочитал те, копий которых у тебя, вероятно, нет в твоих файлах с историями. Тебе нужно войти в контакт с «Другой»… с капитаном Пеннингтон. Она была… и остается… очень замечательным человеком, несмотря на браваду ее Люси Чертовки. И сейчас она заслуживает мужчину, который полюбит ее за это так же сильно, как и тебя за то, кем ты являешься.
— Значит, ты хочешь ее вернуть, даже если она ненавидит тебя… и всех мужчин… за то, что с ней сделали? Именно такой вывод я сделала о ее характере из своих файлов. Как ты будешь заниматься любовью с этой суровой женщиной Эрик? Мои опасения обоснованы. Скажи мне, как нам сохранить то, что мы нашли.
Смеясь над ее волнением по поводу возможной потери их сексуальной жизни, Эрик перевернул Люси, пока не оказался сверху и именно там, где он хотел быть. И посмотрел в ее обеспокоенные глаза.
— Знаешь… Капитан Пеннингтон превосходит меня по званию, потому что я всего лишь капрал морской пехоты. Если я окажусь у нее между ног, то смогу вечно хвастаться перед своими приятелями военными. Никто из рядовых, с которыми я служил, не смог затащить в постель высокопоставленную женщину-офицера. Для меня это было бы настоящим достижением.
— Мой серьезный вопрос не заслужил такого саркастического ответа с твоей стороны. Что это вообще за странный юмор? Я не думаю, что женщина, о которой ты говоришь, потерпит такое грубое упоминание о ее сексуальной уступчивости при удовлетворении твоей похоти. Ее возмездие может быть неприятным, Эрик. Ты прав… она не такая милая, как я. Она может тебе навредить, если ты ее так разозлишь.