- Каждый мужчина должен идти, - выкрикнул он, вырываясь из крепкой хватки друга.
- Ещё мужчина нужен своей семье, - невозмутимо произнёс Эрл.
- Не будет вообще семей, всех уничтожат, если отсиживаться. Отпусти меня! – и ноги Арчи замолотили воздух.
Он отчаянно сопротивлялся, пуская в ход даже кулаки. Эрл лишь уворачивался от его ударов.
- Арчи, не хочу тебя обидеть, но не место тебе на поле боя. Соплёй перешибешь, так-то.
Глаза Арчи бешено засверкали, он выкрикнул в самое лицо Эрла:
- Знать, это ты недалёкий, раз думаешь, что воинское мастерство – только сшибаться в рукопашных битвах. А как же лучники? А лазутчики?
Арчи и впрямь оказался несравненным лучником. Его лёгкую фигуру стремительно нёс добрый конь, и издали он сразил несметное число врагов. Будто незримый дух оберегал его, когда он с безумным бесстрашием подбирался к самому полчищу. Но видно, в помощи провидения нуждались многие, и, ненадолго отвлекшись, оно нашло убитого Арчи и безутешного друга, качающего его потяжелевшее тело, будто любящая мать.
Эрл принёс эту несчастливую весть его вдове, вмиг потерявшей свою весёлую говорливость и звонкий смех. Он стал добрым помощником семье друга, а после, глядя в скорбные просящие глаза Мии, стал её мужем. Свою настоящую любовь он потерял, отчего же сейчас не сделаться крепким плечом осиротевшей семье своего друга? Он открыл таверну, воплотив свою детскую мечту и, думалось ему, мечту Арчи. По счастью, Мия столь же прекрасно разбиралась в эле, как и Арчи, и постепенно таверна заслужила добрую славу.
Ужасную войну Эрл старался не вспоминать, но всё же неизменно проверял, не сотрясается ли земля у него под ногами, не слышен ли издали звенящий, выворачивающий душу гул. Убедившись в отсутствии опасности, он поспешно стирал выступившие на лбу капли пота, быстро оглядывал зал, чтобы убедиться, что никто не увидел его в эту минуту слабости и не осмеял.
Всё же он с радостью принимал боевых товарищей, в таверне они всегда находили обильное угощение. Мия вздумала было ворчать от этой его расточительности, но стоило Эрлу посмотреть на неё с укоризной, как она лишь вздыхала:
- Будет тебе, будет, - и уходила варить эль.
Потом примирительно выносила кружки с этим животворящим напитком и обносила засидевшихся гостей.
Принца Эрика, потомка славной королевской династии, сумевшей справиться с гадами и едва уцелевшей, он особенно любил, восхищался его исполинским ростом под стать себе, и в затаённых несбывшихся мечтах видел его сыном своим и Бринхильды. Тот беспрепятственно и без зазрения совести пользовался этим его добрым расположением, каждый день окапываясь в таверне.
Вот и в своем теперешнем сне Эрик набивал живот предложенной добряком Эриком пищей, щедро запивая всё элем. А после не совсем верной походкой шёл по петляющей дороге.
И кто знает, куда бы она его приводила, но охраной ему были зоркие глаза его тотемного волчонка.
Глава 2
Страна Вечной молодости была милостива к своему народу. Заботливо даровала неприступность, которая лишь однажды пала под натиском и хитростью врага. Рождала тёплый и мягкий климат и густую растительность, щедро преподносила дары природы так, что жители не знали нужды в пропитании.
Но, что важнее, она ниспослала справедливых и мирных правителей, которые неизменно становились на путь добра. Королевский род не прерывался испокон веков и был на страже своей страны.
Конечно, не обходилось и без магии, которой хоть в малой степени был наделён каждый житель. Исконные же маги здесь издревле пользовались большим почётом, а представители королевской семьи, когда приходило время, могли сравниться способностями с разве что с волшебниками.