И что дельного он мог сказать в утешение этому горемыке? Но он сказал:
- Мы найдём дар. Обязательно!
И для верности стукнул кулаком по столу. Посуда, стоящая на столе, от этого его удара лишь слегка задребезжала.
Но до этого было совсем далеко. Мальчика бы поднять на ноги, ведь он больше на тень похож, чем на человека. Окрепнет, а там, глядишь, и дар его проснётся!
Амадо от непрестанных забот Крейга действительно окреп, стал набирать рост и силу, но по-прежнему молчал как воды в рот набравший. Крейг и не торопил: всему своё время. Он потихоньку учил Амадо обычным житейским премудростям, к которым тот был не приучен: как стряпать еду и за собой следить, как возделывать огород и добывать себе пропитание, как обращаться с монетами и не чураться других людей.
Такой учёбе Амадо поддавался с трудом, а из дома и вовсе не хотел выходить. Единственное, с чем ему угодил Крейг – это с клочком земли возле дома и с наукой возделывания этой самой земли. На удивление, Амадо всем прочим занятиям предпочёл растить сад и огород. Как одержимый, он орудовал садовыми инструментами, без устали возился с землёй. Она откликалась ему такой же любовью, и дары природы под руками Амадо вырастали особенно крупными, радостно зрели, набирались соков и красок.
И если это тоже был дар, подобно потерянному, Амадо воспринял его с благодарностью. Подолгу он простаивал рядом с растениями, будто разговаривая. Крейг даже втайне прислушивался, вдруг к Амадо вернулся его голос, но нет, он слышал не громкий, чарующий голос певца, а лишь отголосок былого, несвязный шёпот. Но видимо, и в этом его голосе была скрыта большая сила, что для растений он был подобен волшебному эликсиру.
Крейг всё чаще стал покидать свой старый домишко, оставив его в распоряжении Амадо. Сам же вернулся к своей привычной жизни возле дракона, посчитав, что свою вину он хоть отчасти загладил. Иногда он наведывался, и дом встречал его спокойной тишиной, а Амадо плодами своих трудов.
Он очень вырос и возмужал, этот прежний мальчишка. В высоком крепком юноше с бронзовой кожей, привыкшему к труду, сложно было найти следы того мальчишки, который долгие дни, метаясь в бреду, выбирал, жить ему или умереть. Он выбрал жизнь, как и обещал отцу, прославленному поэту Гвидо Гаэтамо.
Жители же страны знали его как юношу, который неизменно привозил на рынок свои чудные овощи и фрукты и продавал их едва ли не за бесценок. На жизнь ему хватало, а большего ему и не надо было.
Пока в один из обычных ярмарочных дней он не встретил ту, которая поможет ему вернуть свой голос. Пока он не встретил Эсме – чудеснейший дар этой волшебной страны.
Глава 7
Что же Эрик? И как его угораздило поддаться на уговоры матушки, которых он так успешно избегал уже порядком лет? Положа руку на сердце, мог бы и того дольше, но понял, что потихоньку его гложет тайное любопытство, как бы он не отбрыкивался от возможности увидеть, как живут люди по ту сторону.
Как уже было сказано, по дороге из дома Эсме он зашёл в таверну славного Эрла, плотно поел и запил всё изрядным количество эля, а потом, всё-таки набравшись храбрости, пошатываясь, побрёл домой, в сопровождении своего полярного волчонка Грома. По дороге ему встречались жители и громко приветствовали его, они любили своего взбалмошного принца, а он тоже не оставался в долгу: жал руки, а с женщинами ещё и раскланивался.
Протрезвев, он будет немного краснеть за своё поведение, но в целом, пережив первые острые минуты стыда, он решит, что раз он любит свою страну, то любит и всех достойных людей, встретившихся на его пути. И переживать тут не о чем. Было бы хуже, обладай он необузданным нравом, заставляющим его раздавать тумаки направо и налево.
Итак, Эрик мирно дошёл до дворца, значительно потянув время до этого момента. Но и прибыв во дворец, он тенью скользнул в свои покои, чтобы не наткнуться на матушкиных слуг, которые тут же доложат о его появлении. А он всё ещё желал отодвинуть этот счастливый момент. Приоткрыв дверь, он юркнул в свою комнату, и едва перевёл дух, увидел, что матушка уже ждёт его и даже посмеивается над этим его положением.
Гвендолин – не только мудрая правительница, но и незаурядная женщина, обладающая острым умом. Правда, об этом часто забывали, глядя на её очаровательное лицо и шарм, присущий юной девушке. Гвендолин мило улыбалась, но когда начинала говорить, каждый готов был поверить, что в этой женщине сокрыт стальной стержень.