Она ненадолго выдержала паузу, а затем устремилась к волшебнику, который был значительно ниже неё и старался почтительно выдерживать дистанцию.
- Эрик прожигает жизнь вместо того, чтобы помочь своей матери, своей семье, своей стране! Где, я спрашиваю, его обещания?! Он совсем позабыл о них!
- Дорогая королева, прошло всего три года с тех пор, как Вы взяли с него обещание. Мальчик растерян на пороге такого ответственно шага. Что с него взять?
- Что взять? - гневно сказала она, и нависла над низкорослым магом, как коршун над добычей. Ослепительное декольте, на котором покоилось ожерелье из множества прекраснейших жемчужин, почти уткнулось Клаусу в лицо, и он тактично отступил.
- Этому оболтусу давно пора жениться. Вот что взять! Это прямая обязанность королевских наследников. Нам с королём Гаральдом сколько можно нести всё на своих плечах? Король заботится о сохранности границ, а сын проводит время в бесконечных увеселениях. Вот взгляни, чем он сейчас занят!
- Но как можно…
- Взгляни, если просит королева! За другими ты без стеснения приглядываешь, незримо наставляешь на правильный путь, помогаешь обеспечивать порядок в стране. А его, видишь ли, как можно?!
В руках мага материализовался хрустальный шар, и он нехотя водворил его на стол, поводил над ним руками, бормоча заклинание, потом вгляделся, как следует. Королева – тут же, не отставала, пристально смотрела, стоя едва ли не вровень с магом.
На прозрачной поверхности немедленно показалось изображение маленькой комнатки, заваленной вещами. В самом центре – широкая кровать, на которой на смятых простынях виднеются обнажённые тела двух любовников, после долгой ночи всё ещё сжимающие друг друга в объятиях. Высокий юноша блаженно раскинул свое сильное, мускулистое тело рядом с подругой, чья смуглая лоснящаяся кожа и густые чёрные волосы, разметавшиеся по подушке, так и взывали к ласке. Юноша и не собирается упускать своё, протягивает руку к её обнажённому мягкому бедру, губами ласкает пышную грудь, девушка стонет и выгибается, готовая его принять.
- Прекрати это, - взвизгивает королева.
- Но как можно, - шепчет маг.
- Немедленно отправь эту девку тому, кто в ней нуждается сильнее. Быстро, - торопит она, так как пара вот-вот сольется воедино.
Маг делает едва заметное движение рукой – и девушка в тот же миг исчезает из объятий ошарашенного юноши. Он в недоумении хватает пустое пространство руками, садится, моргает, и вскоре к нему приходит понимание.
В бешенстве он вскакивает с кровати, в чём мать родила бегает по комнате, рыча и беснуясь, в пространство выкрикивает:
- Клаус, это твои проделки. Погоди у меня!
В груде снятой наспех одежды он выуживает сначала женское платье, чертыхается, ещё раз пошарив рукой, находит свои штаны, путается в них, и всё время орёт:
- Кем ты себя возомнил? Если сам закрылся в своём доме затворником, и ничего кроме магии тебе не нужно – и мне прикажешь отказаться от радостей жизни? Идёшь на поводу у моей матушки?
Тишину комнаты прорезает едва слышный, с помехами, будто издалека, голос королевы:
- Не кричи на Клауса. Он лишь помог подтвердить мою уверенность. По-прежнему путаешься с Эсме?
Словно сгусток тумана завис рядом с Эриком, и оттуда на него укоризненно смотрел образ матери. Немного с помехами и перебоями, она занимала всё пространство изображения. Клаус же не решался показываться.
Эрик прокашлялся, и сказал гораздо тише и почтительнее:
- Матушка, вчера я упорно внимал учениям отца, наравне с лучшими участвовал в учебных схватках и с честью одерживал победы. Поэтому мы решили отметить этот трудный и удачный день в таверне.
- Сын мой, откуда столько пафоса? Умоляю, говори, как есть. Вечером вы решили напиться и покутить с девками.
- Эсме не девка, не обижай её, - вскипел Эрик.
- А каким ветром её занесло ночью в таверну?
- Не её занесло, а я, возвращаясь, случайно свернул к её дому и стал звать под окнами, - признаётся он.
- Ох, Эрик, - шепчет себе под нос Клаус.
Королева Гвендолин ещё круче выражает свои эмоции: