Квартира встретила её тишиной. Только часы на кухне тикали, отсчитывая секунды её глупой обиды.
"Перестань. Ты сама все испортила. Нормальные люди не устраивают истерик из-за работы..."
Эрика сняла промокшие ботинки, оставила сумку в прихожей. Из ванной доносился шум воды — Егор принимал душ, будто ничего не случилось. Будто не было её сломанного голоса, хлопнувшей двери, часов блужданий под холодным дождём.
"Он даже не попытался позвонить..."
Она глубоко вдохнула, села на диван и откинулась, мокрая, замёрзшая, а легче так и не стало.
Вдруг — вибрация. Не её аппарата.
Телефон Егора лежал на тумбочке, экран загорелся:
Смс-Ксюша: "не парся, кидай эту дуру…"
Сообщение обрезалось, но хватило и этого.
Эрика замерла. В ушах застучало.
Она посмотрела на его телефон. Потом — на дверь ванной.
И тихо, чтобы он не услышал, нажала кнопку разблокировки.
Последний звонок — "Ксюша 19:47", длительность 20:34.
Как раз когда она, дрожа от злости, шла по набережной, представляя, как он наконец хватается за телефон, набирает её номер...
Пальцы сами потянулись к экрану.
Чат с "Ксюш" открылся первым.
"Я всё ещё в твоей футболке. Пахнет тобой 😉"
"Когда ты уже скажешь ей?"
"Ты ушёл? 😢"
Фото. Видео. Голосовые, помеченные как "Прослушано".
Эрика листала вниз, вниз, вниз — недели, месяцы.
Эрика медленно опустила телефон на тумбочку. Пальцы дрожали, но в голове вдруг стало пусто и тихо – будто кто-то выключил шум, оставив только ровное, ледяное спокойствие.
Из ванной донеслись шаги. Она быстро положила телефон точно на прежнее место и откинулась на диван, закрыв глаза.
— Ты вернулась, — Егор вышел, натягивая футболку. Капли воды стекали с его волос на шею. Он даже не посмотрел на нее — сразу потянулся к ключам. — Мне надо ехать. Работа.
Она не ответила. Просто наблюдала, как он на ходу застегивает джинсы, хватает рюкзак, проверяет карманы.
— Ты чего молчишь? — наконец бросил он, уже в дверях.
Эрика медленно провела языком по губам.
— Ничего. Иди.
Дверь захлопнулась.
Тишина.
Она поднялась, подошла к зеркалу в прихожей. Глаза были красными, но слез больше не было. Только отражение девушки с слишком плотно сжатыми губами.
"Ксюша. Работа. Двадцать минут разговора, пока я ревела под дождем."
Пальцы сами сжались в кулаки.
"Он даже не спросил, как я."
Она повернулась, взгляд упал на бар с алкоголем — там до сих пор стояла недопитая бутылка вина, которую Игорь принес в прошлый раз.
"Игорь. Который всегда смотрел. Который хотел."
Эрика достала телефон. Сообщение набралось почти само:
«Собери своих друзей. Спроси, не хочет ли кто-то трахнуть Эрику. Им можно будет всё. Серьёзно.»
Палец завис над «отправить».
Пути назад нет
Вечер не задался с самого начала. Эрика сидела, уткнувшись в телефон. Очередной дурацкий день, очередные разочарования — всё это копилось внутри, превращаясь в тугой комок злости, злости на себя саму.
Отправила. И тут же пожалела, кака я же она глупая. Может есть еще время передумать, написать, что это просто глупая шутка.
Но телефон завибрировал почти мгновенно.
Игорь:«Ты уверена?»
Эрика закусила губу. Нет, не уверена. Но чёрт возьми, блин, блин, она безумно зла на своего, уже бывшего? Хотя бы чтобы почувствовать что-то, отомстить ему..
«Да. Организуй.»
Она ожидала, что всё затянется. Что будет время передумать. Но не прошло и двадцати минут, как Игорь перезвонил.
— «Всё готово. Раздевайся, завязывай глаза и жди в комнате. Дверь оставь приоткрытой.»
Голос его звучал странно — не то возбуждённо, не то настороженно.
— «Сколько их будет?»— спросила Эрика, но Игорь уже положил трубку.
Комната вдруг показалась слишком тихой.
Она медленно стянула с себя одежду, чувствуя, как воздух касается голой кожи. Футболка, джинсы, бельё — всё легло на пол.
Повязка (чёрная, из мягкой ткани) плотно закрыла глаза.
Дверь приоткрыта.
Осталось только ждать.
И слушать, как собственное сердце колотится где-то в горле.
Комната была прохладна и тиха. Свежий воздух струился по обнажённой коже, заставляя тело покрываться мелкими мурашками. Женя сидела на краю кровати, её стройная фигура чётко вырисовывалась в полумраке - изящные изгибы талии, плавные линии бёдер, упругая грудь с розоватыми, набухшими от волнения сосками.
Она нервно перебирала пальцами ног, её изящные ступни с тёмно-синим педикюром непроизвольно скользили по прохладному полу. Каждый палец выглядел ухоженным и аккуратным, но сейчас они судорожно сжимались и разжимались, выдавая внутреннее напряжение.