Отправляя фото, она вдруг осознала странную закономерность - Никита словно собирал пазл её тела по частям. Сначала лицо, потом грудь, теперь ступни... Что дальше? Эта мысль заставило её бедро непроизвольно дёрнуться, а между ног появилось знакомое тепло. Она оглядела переполненную ланч-зону - десятки людей, но никто даже не подозревал, какая игра разворачивается прямо среди них.
И самое странное - ей нравилось это двойственное существование. Офисный работник днём... и чья-то "послушная девочка" в тайных сообщениях.
***
Следующее утро началось с учащенного сердцебиения. Вибрация телефона разрезала тишину лифтового холла, когда она ждала лифт уже по пути на работу. Сообщение горело на экране, словно раскаленный уголь:
"Сделай фото своей груди"
Губы внезапно пересохли. Она оглянулась — в холле было пусто, только мерцающий свет лифтового табло отсчитывал этажи. Десять... девять... восемь... Время текло как мед.
Резко шагнув в кабину, Эрика нажала кнопку первого этажа. Металлические двери закрылись с мягким шипением, превращая пространство в ее временное убежище. Семь... шесть... пять...
Пальцы дрожали, задирая тонкую ткань футболки. Холодный воздух кондиционера обжег обнаженную кожу, соски моментально затвердели. В зеркальной панели лифта мелькало ее отражение — раскрасневшиеся щеки, полуоткрытые губы, грудь, поднимающаяся в такт частому дыханию.
Четыре... три...
Телефон в дрожащей руке ловил ракурсы. Она выгнула спину, поймав момент, когда свет из ниши в потолке мягко ложился на округлости, подчеркивая каждый изгиб. Два...
Соски напряглись, отозвавшись, на мысли о том, что Никита увидит это фото, и у него просто не может не встать, когда он будет смотреть на него. Перед тем, как отправить фото, она рассматривала свое отображение, красивые и плавные линии, упругая красивая грудь, твердые сжавшиеся соски, она сама слегка завелась смотря на свою же фотографию. Она быстро нажала отправить.
Лифт мягко остановился. Эрика поправила одежду, чувствуя, как между ног пульсирует влажное тепло. В голове крутилась одна мысль: "Он сейчас смотрит на это. Его пальцы, возможно, скользят по экрану..."
Дни текли, превращаясь в странный ритуал. Телефон стал ее продолжением — она ловила себя на том, что бессознательно проверяет его каждые несколько минут, даже когда знала, что сообщений нет.
День за днем, указания на фотографии не переходили определенной черты и были больше похожими на эротический флирт. Задания больше напоминали тренинг, приучая ее быть готовой раздеться и сфотографировать себя практически в любом месте, ощущая себя постоянно секусальной и красивой. Фото губ, фото оттянутого топа сверху, так чтобы видна была грудь.
Запрос на фотографию шеи показался Эрике немного скучным и она не удержалась от того, чтобы снять футболку и фотографировать шею таким образом, чтобы в кадр попали краешки ее темных сосков. Эрике представлялось, что Никиту эти фотографии возбуждают, хотя никакой реакции на ее фотографии он не присылал. Его молчание стимулировало ее делать чуть более провокационные фотографии, чем он требовал. Ей подсознательно хотелось, чтобы он ее хотел.
В ванной перед сном, рассматривая свое отражение, Эрика ловила себя на мысли: "Что он делает с этими фото? Смотрит ли на них один, в темноте своей спальни? Или..."
Однажды ночью она проснулась от странного сна — в нем Никита собирал мозаику из ее фотографий, и когда последний фрагмент становился на место, она видела себя целиком, но... другую. Более смелую. Более свободную.
————
Пятница наступила внезапно, как внезапно раскрывается зонт в ливень. Эрика сидела за рабочим столом, бессмысленно уставившись в экран, когда телефон наконец вибрировал — долгожданное сообщение. Но текст заставил её сердце пропустить удар.
"Ты была очень старательной. Жди меня после работы — у меня для тебя подарок."
Никаких новых заданий. Никаких требований фотографий. Только эти слова, горящие на экране, и подпись — *Куратор*.
Она провела пальцем по стеклу, как будто могла через него ощутить текстуру его голоса. За неделю их странной игры она привыкла к определённому ритуалу: сообщение, дрожь в пальцах, поспешный снимок, мучительное ожидание. Но сегодня — ничего этого не будет.
Вместо этого — подарок.
Что это могло быть? Новое задание? Украшение? Или...