Эрика глубоко вдохнула, чувствуя, как её живот подрагивает от учащённого дыхания. Грудь приподнималась с каждым вдохом, а соски стояли твёрдыми бугорками, чувствительными к малейшему дуновению воздуха. Она машинально провела рукой по шее, ощущая, как пульс бешено стучит под тонкой кожей.
Губы её были слегка приоткрыты, влажные от частого облизывания. Она знала - осталось всего несколько минут. Скоро дверь откроется, и тогда...
Тишину разорвал отдалённый скрип. Женя вздрогнула, её тело мгновенно напряглось в ожидании. Мурашки побежали по спине, грудь замерла в полувдохе, а пальцы ног впились в пол.
Она была готова.
Или думала, что готова.....
Эрика сидела в центре комнаты, полностью обнажённая, её тело слегка дрожало от волнения и предвкушения. Она слышала как кокруг неё собралась компания, она чувствовала как их взгляды скользили по её коже, оценивая каждуй изгиб, каждую мелочь в ее молодом и красивом теле. Какая то рука потянула ее, заставив встать посреди комнаты. Теперь она стояла, слегка дрожа, её тело покрывалось мурашками от прохладного воздуха и предвкушения. Когда-то такая недоступная для них, сейчас она была абсолютно голой, ее соски которые раньше никто не мог и мечтать увидеть, сейчас бесстыдно топорщились набухшими горошинами на плотной молодой груди. Их взгляды неудержимо впитывали и запоминали все изгибы и детали обнаженного тела. Сколько их было? она знала, что точно больше чем она могла предположить.
Она не видела, кто подошёл - только почувствовала, как чья-то сильная рука резко развернула её к себе.
Пальцы впились в её бёдра, поднимаясь вверх, исследуя каждую выпуклость. Большой палец грубо провёл между её ног, заставив её вздрогнуть. Потом - резкий шлепок по ягодицам, звонкий, унизительный. Она вскрикнула, но в ответ - только тяжёлое дыхание где-то рядом с её ухом.
Её резко прижали к чьему-то горячему телу. Чужая рука сжала её грудь, другой рукой парень раздвинул её ноги. Никаких предварительных ласк - только грубые, исследующие прикосновения, будто проверяли товар.
Эрика успела лишь напрячься, когда чьи-то пальцы впились в её волосы и резко оттянули голову назад. Грубый захват, отсутствие предупреждения – Дима не собирался церемониться.
Её тело резко развернули и наклонили вперед, заставляя потерять на секунду равновесие. Дима одной рукой держал её за волосы, другой резко завел её руки за спину, лишая возможности прикрыться.
Её грудь, теперь полностью открытая, колыхнулась от резкого толчка сзади. Соски затвердели от смеси боли и возбуждения.
Дима вошёл в неё без подготовки, одним резким движением. Она вскрикнула, но её звук потонул в одобрительном гуле наблюдателей.
Каждый его толчок заставлял её грудь подпрыгивать, а тело – подаваться вперед. Он специально удерживал её в таком положении, чтобы каждый мог видеть, как её плоть подчиняется его движениям.
Он ускорился, его пальцы сильнее впились в её кожу. Одна рука по-прежнему держала её руки за спиной, другая – тянула за волосы, заставляя выгибаться ещё больше.
Её грудь теперь колыхалась в чётком ритме его ударов, а соски стали твёрдыми и болезненно чувствительными.
Дима дышал тяжело, его движения стали резче. Каждый толчок теперь сопровождался хлюпающим звуком, а её тело дрожало от напряжения.
— "Кончай уже, дай другим шанс", – раздался голос из толпы.
Но Дима лишь сильнее впился пальцами в её кожу, ускоряясь.
Последний рывок – и он кончил несколькими резкими глубоким движениями.
Он отпустил её волосы, и она едва не упала, но чья-то рука подхватила её, толкая к следующему.
— "Твой ход" – бросил Дима кому-то через плечо.
Эрика осталась стоять, её грудь всё ещё колыхалась от учащённого дыхания, а на бёдрах стекали капли. Спустя секунд десять ктото подошёл провел руками по ее груди. Потом она почувствовала что её толкнули на кровать, и прежде чем она успела сообразить, что происходит, чьи-то сильные руки резко развели её ноги в стороны. Воздух коснулся её влажной, уже возбуждённой плоти, и она почувствовала, как по комнате прокатилось оживление
Её бёдра приподняли, выставив на всеобщее обозрение. Кто-то провёл пальцем по её половым губам, раздвигая их ещё шире, обнажая розоватую, блестящую от влаги плоть.
Она попыталась сжать ноги, но её тут же жёстко зафиксировали, не оставляя возможности скрыть свою наготу.
Без предупреждения, без ласк — только резкий, уверенный толчок, заставивший её вскрикнуть. Он вошёл в неё глубоко, одним движением, и тут же начал двигаться, не давая опомниться.
Её пальцы на ногах судорожно сжались, а грудь вздымалась в такт его толчкам. Соски затвердели до боли, и она почувствовала, как внутри её начинает нарастать знакомое напряжение.