Когда романс отзвучал, Гедеминов встал из–за стола и попросил гитару! Ему тут же подали ее, и он заиграл цыганочку. Потом он пел песни Вертинского, картавя и подражая певцу. Все долго хлопали. Снова вышли из–за стола и танцевали танго. Эрика совершенно опьянела, но не от вина. Иван взял ее руку.
— Мы еще увидимся? — спросил он.
Эрику переполняло необычное ощущение полноты жизни.
— Конечно, — ответила она.
— Когда же? — спросил Иван. — Мне хотелось бы чаще видеть вас. Можно мне… Я прошу о свидании, в воскресенье, днем. Не отказывайте мне. Можно, я приду к вам домой?
— Днем? Ну, хорошо.
— Я приду в три часа.
— Я зайду к маме. Зайду к ней в три. Сама я живу в общежитии.
Он зашептал ей на ухо: — Эрика, Вы самая красивая девушка в городе. Нет в мире, — Иван был пьян от счастья, но кажется он перешел границы приличия, потому что подошел отчим и сказал:
— Поедем домой, барышня, уже поздно.
— Конечно. Но здесь так хорошо! — блаженно отозвалась Эрика.
— Я думаю, мы еще сюда не раз придем. — И Ивану: — До свидания, молодой человек.
Эрике не хотелось так быстро расставаться с Иваном. Тот напомнил ей:
— Вы обещали, в воскресенье, в три часа
Все по очереди подходили прощаться, приглашали Гедеминовых в гости вместе с Эрикой. Уже в машине она с сожалением почувствовала, что «сказка» кончилась. Завтра на работу. Но при мысли о первом свидании сердце сладко защемило. Она подумала: «Какой он приятный! Совсем не такой, как фабричные парни. Может, я уже влюбилась?»
— Тебе хорошо было? — прервала ее мысли мать.
— Лучше уже не будет. После этого хочется заснуть и больше не просыпаться. Разве бывает хорошо несколько раз? — с грустью ответила дочь.
— Но почему же? В твоем возрасте нужно ждать счастья, — ответил за мать Александр Павлович.
* * *
В воскресенье Иван ровно в три часа дня стоял у дверей Гедеминовых. Адель угостила его чаем, потом они слушали пластинки. Иван рассказывал анекдоты про Хрущева.
Эрика смеялась, но первое свидание она представляла себе другим. Пока разговаривали, стало темнеть, и Адель напомнила Ивану:
— Вам пора домой сударь, — и когда они вышли за дверь, постучала в дверь мастерской: — Сашенька, выйди. Иван с Эрикой пошли на улицу.
— Когда? — спросил Гедеминов.
— Только что, — сказала Адель, почувствовав неясную тревогу.
Гедеминов накинул безрукавку, взял нож и вышел. Следом за ним выбежал Пилот.
Выйдя из барака, Эрика остолбенела. Там плотным кольцом стояли ребята во главе с Женей. Они ждали Ивана. Эрику оттеснили в сторону. Иван оказался в центре.
— Ты к кому пришел? Кто тебя сюда звал? — послышалось со всех сторон.
— Его так проучить надо, чтобы дорогу сюда забыл! Перышко под ребро и конец! — угрожающе сказал кто–то из ватаги. Ивана окружили плотным кольцом.
Но тут появился Гедеминов и стал раскидывать парней, вызволяя Ивана. Парни падали, вставали и теперь уже все вместе нападали на Гедеминова. Но почему–то сталкивались лбами друг с другом и опять отлетали в стороны.
— Уходи, я их задержу, — сказал он Ивану.
Иван нырнул за угол, а Гедеминов скомандовал:
— Всем стоять!» — И схватил Женю железными пальцами. — Стой, а то сверну шею. Чего развалились на снегу? Вставайте, я вас не больно побил.
— Эй, вы, — хрипел Женя, — вставайте. Ладно, все. Отпусти.
— Отпустите, — поправил его Гедеминов, — надо вежливости учиться.
— Хорошо, отпустите, — прохрипел Женя. — Ваша взяла.
— Это другое дело. Что же вы все на одного? Я, как вы знаете, уголовник, люблю людей резать. Ну–ка, подбрось шапку вверх, — велел он одному из парней. Тот подбросил. Гедеминов сделал быстрое движение, и шапка упала, приколотая ножом к снегу.
— Все видели? Вот так–то! — произнес он и приказал Жене:
— Принеси!
Парень послушно подал нож.
— Смотри, мой волкодав сидел и ждал, пока я отдам приказ. Скажи я ему одно слово — и он бы вас разорвал.
— Ну, мы извиняемся, — сказал Женя. — Пойдемте, ребята. А то и вправду прирежет или волка натравит.
Когда отошли за угол, один из них, рыжий Сенька, спросил:
— Я не понял, как он нас всех один раскидал? Вот дьявол!
— Так он же уголовник. Брось, Женька, оставь ты ее. Она не для таких, как мы.
— Только неприятности наживешь, — посоветовал другой.
Эрика с отчимом зашли в дом.
— Вы так их напугали! — с восхищением сказала она. — Мама, Александр Павлович сказал, что любит людей резать, — и Эрика звонко засмеялась.
— Саша! Что там произошло? Ты правда такое сказал? — удивленно спросила Адель.