— Что это у вас темно? — спросил он.
— Да вот, свет выключила. Хотела выйти на воздух, вас увидела. Вы же уезжаете завтра…
— Да, завтра я уезжаю. Спасибо вам за гостеприимство. — Николай повел Нюру в ее комнату, и ей пришлось зажечь свет. — В следующий раз снова у вас остановлюсь. Слава Богу, вы женщина интеллигентная, — сделал он ей комплимент, — не мешали мне работать. У меня и сегодня много дел. Буду писать до ночи. Потушат электричество — при свечах стану работать.
— Ну что вы? — стала кокетничать Нюра. — Какая я интеллигентная? Я служащая, комендантом работаю. Зарплата маленькая. Вот и держу квартирантов. Но не всегда такие щедрые, как вы, попадаются. Иногда живут в долг, а потом — ищи ветра в поле.
— Да, — вспомнил Николай. — Завтра времени попрощаться не будет, так что прощайте. Ну, мне пора, — и он направился к своей двери.
— Я принесу вам керосиновую лампу, — предложила Нюра.
— Нет–нет. Спасибо, не надо, — остановил ее Николай. — Я привык при свечах. Понимаете, там, в экспедициях, мы все романтики. Свечи нам как–то ближе керосина. Нет запаха в помещении… Спокойной ночи!
Дверь его комнаты теперь была плотно прикрыта, а это означало, что Эрика уже там.
Эрика действительно была в комнате у Николая, и сердечко ее билось, как у приговоренной к смерти. Она думала: «Если он меня обманет, умру, как Инна. Если бы он знал, как я его люблю! Предложи он мне выпить стакан яду из его рук — выпила бы не колеблясь. Но если он оставит меня…»
* * *
Нюра задремала, а после проснулась от мысли, что квартирант может заработаться и заснуть над бумагами. «Не дай Бог уронит свечу. И сам сгорит, и дом спалит. Надо будет проследить», — подумала она и направилась в другой конец коридора, где жил квартирант. С удивлением она услышала приглушенные голоса, мужской и женский смех. «Вот тебе и на! Святоша привел бабу!» — поразилась Нюра. Она вернулась к себе и посмотрела на часы. Была половина первого ночи. «Значит, останется на всю ночь», — решила Нюра. Ее разбирало любопытство — что за бабу прячет у себя квартирант. Она опять подошла к двери, слегка потянула ее на себя. Но дверь была на крючке. Неожиданно свет погас. Сильно запахло гарью свечей. «Вот и свечи задули. Спать лягут сейчас», — почему–то с обидой и ревностью подумала Нюра и вдруг услышала, что они, и жилец и женщина, идут к двери. Нюра опрометью бросилась на свою половину, и не прикрывая двери, пыталась в темном коридоре разглядеть лицо женщины. «Интересно, местная или геологичка? Ну, начальник! Еще говорил, что жениться собирается. Кобели они, все эти мужчины», — сделала Нюра вывод. И услышала шепот:
— Эрика, осторожно, не оступись. Здесь лестница. Я ее заранее приготовил. Поднимайся за мной на чердак.
«Какая Эрика? Имя вроде знакомое. Где я слышала его? — лихорадочно думала Нюра. И вдруг вспомнила: — Эрика, из общежития. По–русски ее Ириной зовут. Рен Ирина. А кто же еще Эрика? Неужели эта девчонка тоже скурвилась? А вроде уже ее и уважать стали, не такая, как другие. А оно вот что, даже хуже всех. Те просто с парнями гуляют, а эта с приезжими по чердакам. Полезли прямо на крышу, как коты», — с презрением подумала Нюра. Сон ее пропал совсем. Она хотела послушать, что они там делают на крыше, и решила потихоньку залезть туда. Но лестницы не было. «Что же это делается? И лестницу прибрал за собой. Все предусмотрел. Это чтобы слезть утром с другой стороны, — поняла Нюра и решила: — Ну нет, вы меня не проведете. Я пойду спать в сарай, на сеновал. Там уж точно не засну и вас, голубчиков, не прозеваю». С этими мыслям Нюра вернулась в дом, чтобы захватить теплые вещи.
Сквозь щели сеновала она наблюдала за квартирантом и Эрикой. Они сидели, тесно обнявшись, и целовались под полной луной. Но собирались тучи, и луну стало закрывать. «Кажется, дождь собирается», — подумала Нюра и все–таки задремала. Проснулась она от того, что на нее капало. «Прозевала!» — испугалась она. Наступило утро. И тут она увидела их. Они шли к сараю. Квартирант отвязывал лошадь.
— Надо скорей, пока гроза не разразилась. Я отвезу тебя к общежитию. Так договорились, Эрика? Я на минут десять ровно в час дня подъеду к проходной фабрики. Смотри, я буду ждать, — говорил квартирант.
— Я выйду к тебе. Даже если будет град, и метель, и ураган — все вместе, я все равно выйду к тебе, — с жаром сказала Эрика.
— Руку, руку давай! — говорил квартирант. Потом послышался топот копыт.