— Чего ты за ними наблюдаешь? — спросила Вера. — Это политические. Он настоящий князь и наших в гражданскую войну убивал. Учила в школе? А она шпионка. Они свое отсидели в лагере. Здесь на фабрике разные люди работают.
— Они сидели в тюрьме? Никогда бы не подумала, — разочаровано сказала Эрика.
— Всю жизнь сидели, — подтвердила Вера. — Да мы на фабрике практику проходить будем, во втором цехе. Они как раз там работают. Он там сапожник, а она, Аделина, обувь протирает.
— И он, — Эрика имела в виду мужчину, — тоже может ночью кого–нибудь зарезать?
— Нет, сейчас он смирный. Вон сын их Альберт догоняет. Посмотри, как красиво одет. У меня тоже будет такой сын, — сказала Вера.
Эрика следила за красивой женщиной. Сама не зная почему, она кралась за ней, держась на расстоянии, иногда подходила чуть ближе, разглядывая ее платье, обувь, шляпку. Та шла, грустная, наклонив голову и ни на кого не обращая внимания. Как–то, она замедлила шаг и стала медленно поворачиваться в ее сторону. Эрика испуганно отвернулась, почувствовав, что сейчас она подойдет к ней и заговорит. Девочке стало страшно. Она почти бегом поспешила назад. Однажды она наблюдала за женщиной из окна общежития; та это заметила, Эрика быстро присела, спрятавшись под окно. Вера высунулась из окна:
— Кого ты там увидела? Чего спряталась? Парня? Но там только Адель идет. Ты за ней наблюдаешь? Брось. Нам никогда так красиво не одеться. Кроме того, как только кто–то пошьет такое же платье, она свое сдает в комиссионку и надевает новое.
Эрика вздохнув отошла от окна. Женщина и ее муж были для нее загадкой. Однажды, увидев их на территории фабрики, она подошла к дворничихе и спросила, показывая на привлекшую ее внимание пару:
— Скажите, тетя, а они, эти двое, правда, в тюрьме сидели? Она такая красивая и нарядная, но всегда печальная, почему?
— У нее, барышня, на это есть причина, — грустно ответила женщина–дворник.
— А как зовут эту тетю? — продолжала Эрика.
— Ее зовут Аделина, но мы, ее друзья, зовем ее Адель.
— Какое красивое имя! — удивилась Эрика и хотела было сказать, что она раньше звалась Эрикой, но прикусила язык. Ей не хотелось, чтобы дворник поняла, что она немка.
— А по–русски как зовут ее?
— И по–русски Адель. А вас как зовут, барышня?
— Я? Я Ирина, — помедлив ответила Эрика.
— А фамилия? — внимательно вглядываясь в девочку, спросила женщина–дворник (это была княжна Мария).
— Моя фамилия Рен, я в общежитии живу, но у меня есть папа и два братика. — И вдруг заторопилась. — До свидания, — и убежала.
Княжна Мари, оставив метлу, посмотрела вслед юной девушке и направилась в мастерскую графа Петра.
* * *
Граф Петр давно уже не представлял себе жизни без Мари, но никак не мог решится сделать ей предложение. Княжна ждала. Иногда ей казалось, что он почти готов был это сделать — и все же не решался. Мари не знала, как ему помочь. Граф приносил Мари продукты, деньги, ел вместе с ней, потом уходил работать в свою комнату и там же спал. Утром он приходил завтракать, и создавалось впечатление, что он женат на Мари, но просто забыл сообщить об этом. А княжна ждала, когда он наконец решится на это. Ее воспитание не позволяло ей сделать этот шаг первой. Сейчас Мари впервые зашла в мастерскую графа. Граф поднял голову от работы (он всегда с фотографии по клеточкам рисовал для доски почета рабочих фабрики). По–видимому, мысли его были далеки от той работы, которую приходилось делать. Он обрадовался княжне так, как будто давно ее не видел! Засуетился, убирая эскизы, освобождая для нее стул. Она улыбнулась его смущению. В мастерской все было разбросано, и только готовые картины занимали свое место на низких горбатых стенах. Мари попросила графа показать ей рисунок Адель, сделанный им еще в начале войны. Он молча достал альбом и положил перед нею на стол. Мари внимательно смотрела на рисунок.
— Почему вас это заинтересовало? — спросил граф. — А знаете, я по–настоящему никогда не хотел рисовать княгиню Адель. Вы когда–нибудь видели портрет Струйской кисти Рокотова? Полистайте вот эту книгу. Адель — вылитая Струйская, только глаза у нее цвета сирени. Лучше Рокотова мне не нарисовать. Вот вас — другое дело.