– Думайте, мистер Кристо. Думайте. Предполагайте. Выдвигайте гипотезы. Задавайте вопросы. Рассуждайте. Это под силу и равному, и человеку.
– Я ничего не понимаю… это какая-то ошибка… как же… нет, стойте…
– Видели ли вы лица тех, с кем сражались у подножия вулкана Сопутан?
Но… но…
– Нет, все они были в шлемах. Я не… не помню точно… нет, я не видел.
– А равные видели этих необычных созданий. Как их называют местные жители, мистер Кристо? Демоны с одинаковыми лицами. И вам это ни о чём не говорит? С одинаковыми лицами. С одинаковыми…
– Хватит! – Бастиан всё понял. Ах, каким же он был глупцом! Ответ был у него под носом! С самого начала! Ах, как всё просто! Как же просто! Проклятье! Проклятье! Слишком просто! Слишком очевидно! Это же… это же…
– Клоны. Эти экстремисты… боевые клоны. И, возможно, у большинства из них один донор. Один донор… – Бастиан схватился за голову. Она грозилась вот-вот расколоться надвое от боли. Немыслимо!
– Верно, мистер Кристо. Клоны или «люди рукотворные», «люди созданные». Вы растите их для войны с нами и бросаете в бой. Они всегда находятся в авангарде. Мы изучаем их. Клоны быстро взрослеют, не знают жалости, не умеют сопереживать, выполняют любые приказы командиров. Их сравнивают с антропоморфными роботами, с андроидами. Но едва ли они похожи на нас, на равных. Мы — не люди, а вот они... Они особенные, но всё же относятся к человеческому роду. К роду, который их отверг. Они стали нашей бедой, Себастиан Кристо. Они стали нашей проблемой. Они стремятся захватить землю, которую мы назвали своей, которую мы охраняли и защищали десятилетиями. Люди не верят, что клоны способны на глубокие чувства, но люди часто совершают ошибки. Клоны их ненавидят, как ненавидят и равных.
– Значит… значит… «Humanity» – это организация клонов… ах, вот оно что! Под самым нашим носом! Вот только… только клоны редко дезертируют, хотя… впрочем… Боже! Кто-то умудрился создать целую армию клонов, так?
– И это армия особенных клонов. Сильных, быстрых, независимых, способных творчески мыслить и принимать трудные решения. Благодаря своему донору, они…
– Стойте! – Бастиан даже забыл, где находится и с кем разговаривает. Информация превратилась в огромный снежный ком, он всё рос, рос, увеличивался в размерах до тех пор, пока не стал необъятным. Первый умолк, позволил гостю и дальше рассуждать вслух. – Донор! Ах, проклятье! Вот откуда взялось тело. Вот почему экстремисты так странно себя вели, вот почему они не хотели меня убивать. Я же… да я же…
– Вы нужны им. Вы добились того, о чём они грезят, сделали явью их единственную мечту…
– Я живу, как человек, – закончил фразу Бастиан. – Как человек. И они хотят. Хотят, чтобы их считали людьми, чтобы отменили все ограничения! Так вот зачем… – голос молодого человека дрогнул. – Вот зачем им понадобились проклятые маски эриний! И доступ к Единой базе! Это возможность стать людьми, стать, кем угодно, раствориться в толпе. И жить… жить, как живу я!
Себастиан откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. Открытие, казалось, выжало из него все соки. И его вина… какой непомерно огромной, неподъёмной оказалась ноша, опустившаяся на его плечи. Это он во всём виноват. Всё из-за него… Если бы не он… не было бы и «Humanity». Он был всего лишь удачным экспериментом сумасшедшего учёного. Экспериментом. И учёный смог его повторить. Он проводил эксперимент снова и снова, создал… создал самую настоящую армию. Создал… создала. Тьфу! Да что же это? Она говорила, что хочет создать людей нового поколения. И они будут совершенными. Она говорила. Доктор Тагава. И она сделала это, а он позволил. Позволил. Что же он натворил? Если бы он знал! Если бы он только знал!
Эринии. Эринии хотели, чтобы Бастиан утихомирил клонов. Эринии… Алекто… она обо всём знала. С самого начала. И поэтому хотела его завербовать. Вот с кем он должен был вести переговоры. Ах нет… он совсем забыл, голова-то дырявая! Эринии хотели, чтобы он уничтожил клонов. Уничтожил их всех. Они думали: он сможет. Сможет потому, что клоны доверятся ему, своему донору, доверятся, доверятся… От потрясения у Бастиана закружилась голова.
– И вы… вы хотите, чтобы я отправился к ним… и что… что я должен сделать? Что? Вы хотите…
– А чего хотите вы, мистер Кристо? Люди, как и равные, приходят в этот мир свободными. Никто не станет вас неволить. Чего же вы хотите?