Валериан Кристо выглядел удручённым, а Бастиан не знал, что делать. Он не хотел, чтобы отец волновался. И понимал: он прав. Чертовски прав!
– Если «Равенство» атакует, единственное, что мы можем сделать, не дать им установить связь с роботами и андроидами. Я сброшу все настройки наших домашних дроидов до заводских и отключу их от Паутины. На первых порах это должно помочь. Бедняжка Бэтси! Придётся ей заново закачивать все книги. Нужно сохранить резервные копии, чтобы ей не пришлось выходить в Сеть. Через Паутину андроидам легче всего вербовать сторонников. Наверное, вскоре всем роботам придется работать автономно. По крайней мере, до тех пор, пока мы не узнаем об истинных намерениях Первого среди равных и его товарищей.
– Вот и ладно! Вот и правильно! – слабо улыбнулся доктор Кристо. – Останемся сегодня дома! Тут журналюги нас не достанут… Я приготовлю лазанью, а ты повозишься с роботами. Как в старые-добрые времена!
***
– Джеймс, Том, тащите сюда! Да-да, сюда! Вот так! Спасибо, мальчики! Огромное спасибо! Что бы я без вас делала?! – Амелия весело болтала с двумя юными жандармами. Молодые люди вкатили в кабинет тележку, до верху нагруженную кипами бумаг, и никак не могли отдышаться. Даниэль бросил на них сердитый, полный неодобрения взгляд и даже не поздоровался.
– Развлекаешься, да? – буркнул юноша, когда Джеймс и Том ушли.
– Развлекаюсь? Если бы! – Амелия загадочно улыбнулась, поправила волосы. – Мальчики – такие душки. Помогли привезти документы из архива, – она упёрла руки в бока. – А ты чем недоволен?
– Могла бы меня попросить или мистера Кристо, но не этих пустоголовых… – зашипел Даниэль.
– Ты дальше монитора компьютера ничего не видишь, а у Себастиана рука на перевязи, и нога болит, – возразила девушка и принялась раскладывать папки на столе. Места там почти не осталось. Похожими папками были завалены рабочие столы Бастиана и дознавателя Ермаковой, и все свободные стулья. Даниэль уже вторые сутки занимался сканированием компьютеров на вирусы, поэтому все подразделения жандармского отделения были вынуждены перейти на работу с бумажными носителями. Наверное, поэтому стражи правопорядка ходили хмурые, постоянно ворчали и ссорились. Ко всему прочему, всех роботов после трагедии в «Планете восторга» отдали на перепрошивку, а андроидам порекомендовали пройти тестирование на наличие вредоносного ПО. Эта мера вызвала недовольство человекоподобных машин, их профсоюзы и общественные организации уже успели провести несколько митингов. Один из них, состоявшийся в центре Орлеана, остановил движение общественного и личного транспорта на целый час. Андроиды не терпели вмешательства в свою «жизнь» и жаловались на ущемление прав. А люди за несколько дней массовых проверок роботов осознали, что это такое – всё делать своими руками, и чувствовали себя несчастными.
Даниэль спешил проверить все компьютеры, но параллельно ему приходилось сканировать гаджеты Кантэна Морелли, и это серьёзно тормозило рабочий процесс. Юноша совсем не спал и выглядел ужасно. Однако он то и дело с восхищением косился на Бастиана и вспоминал о его подвиге. Даниэль уже пытался завалить бедолагу вопросами. Но Амелия, увидев страдальческое выражение лица Себастиана, заставила друга заткнуться.
– Итак… чем порадуете? – дознаватель Ермакова, в отличие от остальных, пребывала в отличном настроении и выглядела бодрой.
– Мы изучили все двести тридцать дел. К счастью, нам оперативно переслали копии, и роботы успели их распечатать, – отрапортовала Амелия, которая была рада отвлечься от скучной работы. Бастиан продолжал изучать документы, из последних сил подавлял зевоту и тёр слипавшиеся глаза. – Из всех дел для детального изучения мы отобрали сто восемьдесят. Остальные не подойдут. Роботы добавляли в список все дела, в которых было хоть одно упоминание о сообщениях. О любых сообщениях. Нас же интересуют сообщения, поступавшие от «людей в масках». Упоминания о них присутствуют во всех отобранных нами делах. Большинство из них не было раскрыто. Потерпевшие либо сами забирали заявления, либо дела всё ещё считаются «текущими», но расследование движется медленно. Улик-то нет. Ни в одном из случаев сообщения не сохранились. Сюжет всегда один и тот же. Потерпевшего начинали преследовать неизвестные, присылали сообщения, звонили, даже приходили. И везде фигурируют чёрные маски. Люди в чёрных масках, маски на заставках… Судя по всему, мы имеем дело с какой-то преступной организацией. И чёрная маска – их символ. Кстати, ни в одном из случаев эти «люди в масках» ничего не требовали, не вымогали деньги. Они требовали только одного – раскаяния жертвы. Причём, далеко не всегда они принуждали потерпевшего сдаться полиции. Пока можно говорить о пятидесяти случаях из ста восьмидесяти.