А далеко-далеко Бастиана ждал отец. Далеко-далеко жила Вероника. Но здесь, на Яве, всё, что имело значение в Орлеане, казалось другим, неизмеримо далёким. Здесь и радость, и боль чувствовались иначе. Зачем сердиться, если смерть идёт? Зачем ненавидеть? Зачем? Смотря на голографическое изображение Вероники, сохраненное на портативном компьютере (вот она, такая красивая, ласковая, улыбается ему), Бастиан не испытывал злости, напротив, он отчаянно желал, чтобы у этой девушки всё было хорошо. И молодой человек на многое готов был пойти, лишь бы только война не перекинулась на Республику, не затронула его страну и его любимых.
***
– Пришёл ответ из Штаба, капитан Кристо. Вы же рапортовали о переводе на Сулавеси, – полковник Филипп Бишоп нервно постукивал пальцами по столешнице. Он был недоволен. Даже больше. Он был рассержен.
– Так точно, сэр. Как только вернулся, сразу же попросил о переводе.
Полковник поднял на вытянувшегося по стойке «смирно» Бастиана усталые глаза. От напряжения в них полопались сосуды. Он слишком долго работал с документами и интерактивными картами. Возможно, всю ночь. Возможно, несколько ночей. Без сна. Без перерыва на отдых.
– Они согласны. Я, как командующий, должен одобрить перевод. Но у меня только один вопрос: вы рехнулись, Себастиан? – полковник с размаху ударил кулаком по столу. – Вы в своём уме? Там же самое настоящий ад! Перевод на Сулавеси! В такое время! В самое пекло! Дурная голова!
– Я знаю, сэр, – Бастиан сохранял спокойствие. Полковник Бишоп всегда желал подчинённым только добра, его цель – уберечь от необдуманного шага. Вот только Себастиан всё обдумал. И решение менять не собирался. Конечно, ему будет непросто расстаться с Явой, с «милочкой», сослуживцами и знакомыми местами, но… но… что поделаешь! Бастиан чувствовал: на новом месте он найдёт ответы на свои вопросы. Если уцелеет, конечно. В последние недели в районе Сулавеси (на суше, в небе, на море) шли тяжёлые бои, союзники не желали уступать остров андроидам и намеревались уничтожить все созданные там военные базы роботов. Легионеры несли большие потери, но не сдавались. На Яве, разумеется, было гораздо спокойнее. Продолжалась ставшая привычной ещё до перемирия вялотекущая война. Восточная часть острова находилась под контролем союзников. По всей береговой линии выстроились их военные базы и башни-генераторы защитных куполов. С моря подходы к острову охраняли боевые корабли. По Яве андроиды наносили точечные удары с воздуха, причем бомбили преимущественно военные объекты, гражданских же – не трогали. Куда больший урон причиняли экстремисты, захватившие западную часть острова. Андроиды охотно вооружали этих негодяев и спонсировали наркоторговцев. Именно через острова Индонезии, через так называемый «Красный сектор», проходил трафик наркотиков. Его называли «Дорогой удовольствий».
Сулавеси же долгое время находился под контролем союзных войск, и это было очень важно, ибо базы на острове были ближайшими из возможных к городам «Равенства» на Молуккских островах. Огромное значение имела военная база «Макасар» – самая крупная из республиканских центров на юго-западе Сулавеси. Однако она была захвачена андроидами в 2347 году. Именно тогда союзники потерпели ряд позорных поражений и были вынуждены вывести с острова большую часть войск. Однако несколько недель назад республиканские и американские легионеры смогли отбить базу Кендари на юго-востоке Сулавеси. Также союзники закрепились и на севере острова, уже много лет контролируемом экстремистами. Но потери… потери были несоизмеримы с успехами.
– Знает он! Ишь выдумал! Жить надоело! – заворчал полковник Бишоп. – Я вас давно знаю, Себастиан, знаю, на что вы способны, и не хочу терять первоклассного пилота. Вы нужны здесь, на Яве. Здесь и сейчас. В качестве первого пилота! В самом деле! Добиться вашего повышения будет легко. Чего хмуритесь? Мальчишка! Эх, неужели я ещё и уговаривать должен, Себастиан? Останетесь? Или всё-таки хотите перевестись?