- Но я же хочу жить, просто жить! - вопило загнанное глубоко в подсознание моё второе «я», - я уже умерла один раз под колёсами авто, пожалуйста, господи, дай мне пожить!
Было ли это божьим провидением или дьявольскими кознями, но в помещение, судя по звукам, вошли несколько человек. Я не могла их видеть, так как дверь была за спиной, но дэр Аброгастес отскочил от меня как ошпаренный и склонился в раболепном поклоне. Мне с низу прекрасно было видно, что его физиономия приобрела абсолютно подобострастно-дебильное выражение.
«Не иначе сам Наместник на разборки соизволил пожаловать?»,- решила я, выпрямляя спину, и пытаясь, стоя на коленях, развернуться в сторону ново прибывших. Нужно было в этом случае принять позу послушания, но длинна цепочки, соединяющей наручники с ножными кандалами, не позволяла положить ладони на затылок. Поэтому застыла в позе ожидания, надеясь, что за такую дерзость всё же не прибьют на месте, ну должны же они понимать, что я не специально, что путы не позволяют.
Если мы, рабыни, и находимся в самом низу социальной лестницы, то это не значит, что не знаем сильных мира сего в лицо, а особо шустрые девчонки даже в курсе некоторых событий и интриг, происходящих в высшем обществе. Тот факт, что все мы любопытные и болтливые женщины никто не в силах отменить, поэтому слухи и сплетни среди порабощённых человечек распространяются невероятно быстро. Поэтому я, вопреки здравому смыслу, призывающему опустить покорно взгляд долу, с любопытством уставилась на вошедших.
В сгорбленном пожилом леге облачённом в традиционный праздничный наряд высшего сановника Империи трудно было не узнать виновника всех обрушившихся на меня несчастий, а его эскорт телохранителей в виде двух гвардейцев и мага воздуха, по совместительству стенографиста, ясно свидетельствовал, что передо мной первое лицо провинции, Его Светлость господин Наместник собственной персоной.
Ещё наличествовал настоящий, с абсолютно чёрной кожей и белыми как снег волосами дроу. Во времена Исхода, народ дроу не пожелал покидать метрополию, надеясь пересидеть надвигающийся катаклизм в тёмных глубинах своих пещер. Но небольшая их диаспора, которая не желала покланяться паучьей богине и поэтому изгнанная из родных подземелий в подлунный мир и получившая дозволение проживать на территории легов, прошла через портал в мир Эриум. Конкретно этот дроу с абсолютно не произносимым для человеческого языка именем, являлся казначеем провинции и даже состоял в дальнем родстве с Императорским Домом. Недавно мы, тизы из ротх Аброгастеса, выступали на торжестве в честь младшего сына казначея - сорок тогда ушастику стукнуло, как раз эльфийское совершеннолетие. Долгая жизнь предусматривает и долгий пубертатный период. Ох и досталось тогда от местной «золотой» молодёжи! Драли нас вдохновенно во все дыры как говориться «с особым цинизмом» до самой глубокой ночи! Думала, что вообще порвут, но обошлось, даже раза три сумела бурно кончить, чем весьма потешила самолюбие нескольких местных мажоров, правда, не всем нашим так повезло. Дэр Тиму пришлось всё-таки для нас мага-лекаря вызывать, из тех, что не брезгуют рабынь лечить. И после врачевания, освободил эскулап всех нас от тренировок и оказания определённых услуг на трое суток, к вящему неудовольствию главного тренера - тоже большого любителя женских прелестей и грубого секса в извращённых формах.
«Стоп, стоп!», - приказала я себе, - «Тут может моя судьба решается, а я в сладострастные воспоминания ударилась».
Последним из вошедших был тёмный человек, ну то есть лег, конечно. Согласно должностному антуражу облачённый во всё чёрное, и не по погоде обёрнутый таким же чёрным плащом, заколотым на брошь в виде восьмиконечной звезды инкрустированной драгоценными каменьями. Постоянно хмурый, нелюдимый и загадочный господин Экзекутор провинции Филития, благородный лэр Илитирэль из рода... рода... да не помню из какого он рода. Замкнутая и неординарная личность с основательно подмоченной репутацией, вызвающая множество пересуд и кривотолков в высшем обществе. Недавнее назначение его Экзекутором или по-нашему главой следственной и пенитенциарной служб провинции, основательно прибавило ему злопыхателей.
- «Ну ладно Наместник зол на меня, как ни как испортила его планы и, получается, крупно подставила. Теперь ему придётся объясняться со столичными инстанциями, какого он лешего незаконно выставил на бой чемпионку»,- размышляла я, - «Но почему Экзекутор на меня волком смотрит? Что я ему плохого сделала?»
Ох и нелегка участь человечки в Империи легов, где порой к скотине относятся с большей заботой и вниманием чем к нам, но, если рабыня не полная дура, то активно применяя язык тела и жестов, можно попробовать избежать многих неприятных моментов в судьбе невольницы. Один кроткий взгляд полный эротизма и желания, одновременно соблазняющий и провоцирующий, вовремя брошенный на мужчину может многое! А упругая торчащая девичья грудь, локон в притворном смущении накручиваемый на пальчик, лёгкий жест ладошки «невзначай» подчеркнувший гибкий стан и линию изгиба бедра, порой может избавить от многочасовой неприятной и тяжёлой работы. Ну и умение «говорить», то бишь вилять бёдрами - основа выживания обездоленной женщины в этом не ласковом к нам обществе.