Вот и всё. В средневековом праве есть свои прелести. Никакого официального протокола задержания и заморочек с содержанием арестованного. Про недопустимость физических методов воздействия к личности задержанного тут даже и речи не идёт. Презумпция невиновности - вообще неизвестный термин. Не надо носом землю рыть, пытаясь что-либо доказать, чтоб вывести преступника на «чистую воду». И никаких судовых фарсов с ушлыми и пронырливыми адвокатами. Дела простолюдинов разбирает всего один судья, и признания, полученные в ходе пытки, являются неоспоримыми и достаточными для вынесения приговора.
Глава 6
Кладбища заполнены теми, кто хотел честного поединка
Габриэль Суарес
Четыре стола пришлось совместить, чтоб расстелить на них огромную, тщательно отрисованную вручную карту Кардеррина. Это был новодел, выполненный на шести листах толстой низкопробной жёлтой бумаги, форматом приблизительно в А2 каждый лист, скреплённых между собой с помощью хорошо проклеенных полосок ткани. Листы буквально потрескивали от переполнявшей бумагу магической силы. На подобные дорогие, раритетные и легко портящиеся вещи, при их изготовлении или несколько позже, уже при продаже, специальный маг-воздушник обычно накладывал заклинание «малый стазис». От воздействия прямого огня или от буйства вандалов заклинание, к сожалению, не предотвратит, но от небрежного обращения и воздействия неосторожно пролитых жидкостей, например вина или сока - вполне.
Очертаниями город напоминал большого слизняка, растянувшегося вдоль берега полноводной Шлеи, что начиналась далеко на Севере среди неприступных снежных пиков Гандира и несущей свои воды почти точно на юг. В начале своего пути к морю, Шлея стремительна и неукротима, как любая горная река, но впитав по пути воды нескольких малых рек и бессчётного множества ручьёв, она, выходя на равнины Кадисси, становиться широкой, тихой, спокойной и весьма пригодной для судоходства. По левому её берегу расположена провинция Филития с провинциальным центром Кардеррин, а по правому - Итария с главным городом Лиаминаль, который раскинулся в нижнем течении реки на расстоянии в двадцать пять фарсахов южнее Кардеррина. (Один фарсах равен приблизительно пяти километрам девятистам метрам или двенадцати зирхам - более мелким местным мерам длинны протяжённостью в четыреста девяносто два метра).
Шлея судоходна на три четверти своей протяжённости - от болотистой дельты до начала предгорий, но вот само понятие судоходства легам не ведомо. Рыбу, конечно, ловят, и довольно успешно, но сети ставят исключительно вдоль берегов, используя для этого примитивные плоты. Правят ими с помощью длинного шеста, отталкиваясь им ото дна. Максимум инженерной мысли в деле покорения водной стихии - это выдолбленные из целого ствола дерева утлые лодочки. И этот «прогресс» особо жалко смотреться на фоне массового производства бумаги и широко развитого книгопечатанья. Дошли леги уже и до периодики в виде еженедельного печатного издания «Имперский вестник», верстаемого на столичной мануфактуре, принадлежащей правящему Дому. Основу экспорта Империи составляют товары многочисленных стеклодувных производств - от толстостенных грубых сосудов до тончайших и вычурных произведений искусства из цветного стекла. Также огромные прибыли идут от изготовления зеркал, которые людские торговцы раскупают моментально, так как технология их изготовления людям неведома. Ещё леги весьма искусны в металлургии. Нам известны доменная печь, горячая штамповка с помощью гидравлического пресса и литьё. Правда, знания об обработке металлов были подчерпнуты исключительно от дворфов ещё в метрополии, но контраст между большими, в полный рост среднестатистического лега зеркалами, заключёнными в искусную медную, серебряную и даже золотую оправу, столовым хрусталём, прекрасным стальным оружием, полным пластинчатым доспехом и лодкой, произведённой по технологии каменного века, разителен!
- Вот Нижний район, а вот от сюда, из маленького скверика с «мудрой» стелой начинается улица Башмачников - указал на карте дэр Троцеро - наш самый скрытный и неприметный из сотрудников.
Ещё бы - он бывший арин Арвилуса. То бишь служил в военной разведке, а там шумные и приметные долго не живут. По долгу службы он лучше всех разбирался в картографии и, по его же словам, был отличным следопытом. Убедиться в этом его утверждении я пока не имел возможности, но личностью он был серьёзной. Из армии его выперли по весьма банальной причине - имел неосторожность в узком кругу «товарищей» весьма нелицеприятно выразиться об очередной бредовой идее высокого начальства. Естественно донесли. Разжаловали со скандалом и такой характеристикой, что с ней только в бандитскую «семью» можно податься, ведь больше нигде на работу не возьмут. Я взял.