– А? Что? – рассеянно откликнулась миссис Хаббард. – Ах да, спасибо, Джеронимо. Я сейчас бегу.
«Ага, усатый джентльмен! – усмехнулся про себя Шарп. – Держу пари, я знаю, о ком речь».
Он спустился вниз и вошел в гостиную.
– Приветствую вас, мосье Пуаро! Сколько лет, сколько зим!
Пуаро без тени смущения поднялся с колен – он рылся на нижней полке возле камина.
– Кого я вижу? Неужели инспектор Шарп? Но раньше вы работали в другом участке.
– Меня перевели два года назад. Помните то дело в Крейс-Хилл?
– Как не помнить! Столько воды утекло... Вы, правда, по-прежнему молоды, инспектор...
– Да будет вам, будет...
– А я вот совсем стариком стал. Эх! – вздохнул Пуаро.
– Но порох в пороховницах еще остался, не так ли, мосье Пуаро?
– В каком смысле?
– Ну недаром же вы приходили сюда позавчера вечером читать лекцию по криминалистике!
– О, в этом как раз ничего особенного нет, – улыбнулся Пуаро. – Миссис Хаббард – она здесь работает – приходится сестрой моей достопочтенной секретарше, мисс Лемон. Она-то и попросила меня...
– Прийти сюда и разобраться что к чему, а вы согласились, да?..
– Совершенно верно.
– Но почему? Вот что мне хочется узнать. Что тут было такого...
– Особенного, что могло меня заинтересовать?
– Вот именно. Сами посудите: глупых девчонок, ворующих по мелочам, можно встретить сплошь и рядом. Это для вас слишком мелко, мосье Пуаро.
Пуаро покачал головой.
– Все далеко не так просто.
– Но почему? В чем сложность?
Пуаро сел на стул и, слегка поморщившись, стряхнул пыль со штанин.
– Если бы я знал.
– Не понимаю, – нахмурился Шарп.
– Я тоже... Видите ли... украденные вещи, – Пуаро покачал головой, – представляют собой бессмысленный набор предметов, между ними нет никакой связи. Здесь, похоже, поработал не один человек. Совершенно отчетливо видны следы «глупой девчонки», как вы изволили выразиться... Но есть и другие... Другие события, которые, по идее, следовало бы связать с Селией Остин, упорно выпадают из общей картины. Они вроде бы бессмысленны, бесцельны. И в них чувствуется злой умысел, а Селия была совсем не злой девушкой.
– Она была клептоманкой?
– Я бы не сказал.
– Ну, может, просто малость вороватой?
– Нет. На мой взгляд, таская мелочи, она пыталась привлечь к себе внимание одного молодого человека.
– Колина МакНабба?
– Да. Она была безумно в него влюблена. А он ее не замечал. И вот она – милая, симпатичная, хорошо воспитанная – прикинулась воровкой. Игра оказалась беспроигрышной. Колин МакНабб тут же на нее... как это говорят... клюнул.
– Ну, стало быть, он законченный идиот.
– Отнюдь. Просто он психолог...
– A-а, – протянул инспектор Шарп. – Из этих! Теперь я понимаю... – Он чуть осклабился. – А девчонка ловка, ловка!
– Да, и это невероятно, – сказал Пуаро и еще раз задумчиво повторил: – Невероятно.
Инспектор Шарп насторожился.
– Что вы хотите сказать, мосье Пуаро?
– Мне пришло в голову... и до сих пор кажется, что она не сама до этого додумалась.
– Но зачем кому-то понадобилось вмешиваться в ее дела?
– Откуда мне знать? Может, из альтруизма. Или по какой-то другой причине. Это тайна покрытая мраком.
– А кто, как вы думаете, мог надоумить ее?
– Не знаю... хотя... впрочем, вряд ли...
– Но я никак не пойму, – принялся размышлять вслух Шарп, – если ее хитроумный план удался, то какого черта ей приспичило покончить с собой?
– Ответ напрашивается сам собой: у нее не было на то ни малейших оснований.
Они молча переглянулись, и Пуаро тихо спросил:
– А вы уверены, что это самоубийство?
– Ну это-то ясно как божий день. Нет никаких оснований предполагать что-либо иное...
Дверь открылась, и вошла миссис Хаббард. Щеки ее пылали, вид у нее был торжествующий. Она шла, выставив вперед подбородок, готовая ринуться в бой.
– Поняла! – победоносно воскликнула она. – Доброе утро, мосье Пуаро. Инспектор, я поняла! Меня вдруг озарило. Знаете, почему записка показалась мне странной? Селия не могла ее написать, никак не могла!
– Но почему, миссис Хаббард?
– Потому что она написана обычными синими чернилами. А Селия заправила ручку зелеными, вон теми. – Миссис Хаббард кивком указала на полку. – Это было вчера утром, во время завтрака.
Преобразившийся на глазах инспектор Шарп быстро вскочил и вышел из гостиной. Через мгновение он появился вновь.
– Вы правы, – сказал он. – Я проверил, действительно, единственная ручка, которую нашли в комнате девушки, та, что лежала возле кровати, заправлена зелеными чернилами. А они...