Что-то блестящее привлекло его внимание, и он нагнулся. В маленькой трещине бетонного пола лежал некий предмет. Он положил его на ладонь. Это был брелок – маленький золотой самолетик. Разглядывая его, он нахмурился, почувствовав легкое волнение: в памяти его возник золотой браслет, увешанный брелоками. Он снова увидел себя в палатке внимающим рассказу мадам Зулейки (то есть Салли Легг) о смуглых красавицах, морском путешествии и о письме с вестью о богатом наследстве. Да, у нее был золотой браслет со множеством таких вот золотых побрякушек. Подобные безделушки были в моде в дни молодости Пуаро. Может быть, поэтому браслет так ярко запечатлелся в его памяти. Итак, миссис Легг, по-видимому, сидела тут, в «Причуде», и один из брелоков отскочил от ее браслета, чего она, возможно, и не заметила. И вполне вероятно, это произошло вчера днем.
М-да, тут было о чем поразмыслить... До Пуаро вдруг донесся звук чьих-то шагов. Человек обошел «Причуду» и остановился перед входом. Увидев Пуаро, он вздрогнул.
Пуаро пытливо посмотрел на худощавого белокурого молодого человека в рубашке с черепахами. Ошибки быть не могло: на эту рубашку он обратил вчера внимание, когда ее обладатель метал кокосовые орехи.
Пуаро заметил, что молодой человек очень смутился.
– Прошу прощения... Я не знал, – торопливо сказал он с иностранным акцентом.
Пуаро слегка улыбнулся.
– Боюсь, что вы нарушили границы частного владения, – с легким укором сказал он.
– Да. Извините.
– Вы, вероятно, из туристского центра?
– Да-да. Я думал, что можно через лес пройти к парому.
– Боюсь, что вам придется вернуться туда, откуда вы пришли. Здесь нет сквозной дороги.
– Извините. Виноват, – снова повторил молодой человек, показывая все свои зубы в словно бы приветливой улыбке, и с поклоном удалился.
Пуаро вышел из «Причуды» на дорожку и стал смотреть ему вслед. Немного не дойдя до поворота, тот обернулся, но, увидев, что Пуаро за ним наблюдает, ускорил шаги и исчез за поворотом.
– Eh bien! – пробормотал Пуаро. – Не убийца ли сюда пожаловал?
Молодой человек, несомненно, был вчера на празднике. А этот его оскал, когда он попытался изобразить улыбку... Судя по злобному взгляду юнца, ему точно было известно, что дороги через лес к переправе нет. И потом, если бы он действительно искал дорогу к переправе, он не пошел бы мимо «Причуды», а держался бы ниже, поближе к реке. И еще: у него явно был вид человека, спешившего на свидание и который страшно испугался, обнаружив на условленном месте совсем не того, кого ожидал встретить.
– Итак, – вполголоса пробормотал Пуаро, – он намеревался с кем-то встретиться. С кем же? И зачем?
Он дошел до поворота дорожки и всмотрелся в даль, где она, извиваясь, исчезала среди деревьев. Молодого человека с черепахами уже не было видно, он определенно постарался как можно быстрее отсюда убраться. Пуаро, покачав головой, отправился назад.
Погруженный в раздумья, он медленно обошел «Причуду» и... теперь уже он сам, вздрогнув от неожиданности, замер на пороге... Салли Легг, стоя на коленях, внимательно рассматривала трещины в полу. Увидев Пуаро, она вскочила как ужаленная.
– О, мосье Пуаро, вы меня так напугали. Я не слышала, как вы подошли.
– Мадам, вы что-то искали?
– Я... нет... не совсем.
– Вы что-то потеряли, – не унимался Пуаро. – Что-то нечаянно уронили? Или, – он лукаво улыбнулся, – может быть, вы пришли на свидание, а я – горе мне, горе! – совсем не тот, кого вы рассчитывали увидеть?
К Салли Легг уже вернулось самообладание, и она с улыбкой спросила:
– Разве по утрам назначают свидания?
– Случается и такое, – заметил Пуаро. – Поскольку в более подходящее время нельзя, ведь мужья часто так ревнивы...
– Ну, к моему это не относится, – беспечно произнесла она, но Пуаро услышал в ее голосе нотку горечи. – Он очень занят своими проблемами.
– Все жены за это обижаются на своих мужей, – сказал Пуаро. – Особенно жены англичан.
– Вы, иностранцы, намного галантнее.
– Мы знаем, что хотя бы раз в неделю необходимо говорить женщине, как вы ее любите. А еще лучше делать это через день. Что очень полезно дарить ей иногда цветы, уверяя при этом, что она восхитительно выглядит в новом платье или в новой шляпке.
– И вы действительно все это делаете?
– Увы, мадам, я не имею чести быть мужем, – вздохнул Пуаро.
– Уверена, вы об этом ничуть не жалеете. И вполне довольны своей судьбой, тем, что вы ничем не обремененный холостяк.