– Вы чертовски обстоятельны, Бланд, – с легкой досадой заметил майор Мерралл. – Что он сам-то говорит? Где он был в это время?
– Он очень сумбурно говорил, сэр, ничего толком не поймешь.
– Стало быть, с божьей искрой архитектор, – с чувством произнес майор Мерралл, совсем недавно выстроивший себе дом недалеко от берега моря. – Такие уж они сумбурные, все эти гении. Интересно, понимают ли они себя сами?
– Совершенно не помнит, где он когда был... А главное – никто его не видел. Кстати, есть основания полагать, что леди Стаббс была к нему неравнодушна.
– Вы хотите сказать, что убийство произошло на сексуальной почве?
– Я просто ищу, за что можно зацепиться, сэр, – с достоинством ответил инспектор Бланд. – Теперь мисс Брюис...
Он замолчал. И это было долгое молчание.
– Мисс Брюис – это секретарша?
– Да, сэр. Очень расторопная женщина.
И он опять многозначительно умолк. Майор Мерралл внимательно смотрел на своего подчиненного.
– У вас есть на ее счет какие-нибудь соображения? – спросил он.
– Да, сэр. Видите ли, она открыто признает, что была в лодочном домике примерно в то время, когда было совершено убийство.
– Разве она поступила бы так, если бы была виновна?
– А почему бы нет? – проговорил Бланд. – Признать, что она была там, – это для нее, пожалуй, самое лучшее. Судите сами: она берет поднос с пирожными и фруктовой водой и говорит, что хочет отнести это девочке, – очень подходящее объяснение для своего там присутствия. Она идет в домик и через какое-то время возвращается. А позже говорит, что застала девушку живой. И мы, естественно, верим ее словам. Но если вы помните, сэр, в медицинском заключении доктора Кука указано, что смерть наступила где-то от четырех часов до без пятнадцати пять. А о том, что Марлин была жива в четверть пятого, заявила только сама мисс Брюис. Кроме того, она говорит, что это леди Стаббс попросила ее отнести пирожные и воду Марлин. Но другой свидетель утверждает, что на леди Стаббс это не похоже. И я думаю, вы тоже согласитесь с этим. Леди Стаббс – недалекая красотка, которая думала только о себе и своей внешности. Она, по-видимому, никогда не интересовалась ни хозяйством, ни кухней. Ее заботила исключительно ее собственная персона. Чем больше я об этом размышляю, тем меньше мне верится, что леди Стаббс попросила мисс Брюис отнести несчастной девочке какое-нибудь угощение.
– Вы знаете, Бланд, в этом что-то есть. Но каков же тогда мотив?
– Мотива для убийства девочки я не нахожу, – сказал Бланд. – Ну а вот что касается леди Стаббс... По утверждению мосье Пуаро – я вам о нем говорил, – мисс Брюис по уши влюблена в своего хозяина. Предположим, что она пошла за леди Стаббс в лес и там ее убила, а Марлин Такер, которой надоело сидеть взаперти, вышла из своего домика и случайно это увидела. И секретарше пришлось расправиться и с Марлин. Что же она делает дальше? Она затаскивает тело девушки в лодочный домик, возвращается, берет поднос и снова отправляется в домик. Таким образом, у нее появляется оправдание, почему она какое-то время отсутствовала на празднике, и еще – возможность утверждать, что в четверть пятого Марлин Такер была жива. Причем мисс Брюис единственная, кто утверждал это с абсолютной уверенностью.
– Ну-ну, – вздохнул майор Мерралл. – Продолжайте, Бланд, продолжайте. Ну а что же она, по-вашему, сделала с телом леди Стаббс?
– Спрятала в кустах, зарыла или бросила в реку.
– Последнее было весьма затруднительно, верно?
– Все зависит от того, где было совершено убийство, – сказал инспектор. – Если неподалеку от лодочного домика, она могла дотащить тело до причала и сбросить. Она ведь довольно крепкая женщина.
– На глазах у пассажиров прогулочных катеров?
– Пассажиры подумали бы, что это две подружки решили подурачиться. Конечно, все это весьма рискованно, но вполне возможно. И все же мне кажется, что она скорее бы где-нибудь спрятала тело, а шляпу бросила в Хэлм. Понимаете, она хорошо знает дом и окрестности, ей легко было найти надежное место. Спрятала, чтобы после, улучив момент, сбросить труп в реку. А почему нет? Ну, разумеется, если она и есть убийца, – спохватившись, добавил он. – Собственно говоря, я больше склонен подозревать де Сузу.