– Вчера вечером миссис Шейн сообщила вам, что я частный детектив. Лично я надеялся сохранить мое инкогнито немного дольше. Но это не важно. Сегодня, самое позднее завтра, я бы сказал вам правду. А сейчас прошу выслушать меня внимательно. В своем деле я личность выдающаяся, можно сказать, самая выдающаяся. Мои дарования, по сути дела, не имеют себе равных.
– Реклама – двигатель торговли! – возгласил, ухмыльнувшись, Джордж. – Не так ли, мосье Понталь... то есть Пуаро? Забавно, что я, например, даже никогда про вас не слыхал.
– Это не забавно, – строго возразил Пуаро, – это прискорбно. Увы, сейчас людей учат только экономике и методике тестов на коэффициент интеллекта. Но продолжим. Я много лет дружу с мистером Энтвислом.
– Вот, значит, где собака зарыта!
– Можете считать и так, мистер Кроссфилд. Так вот, мистер Энтвисл был весьма расстроен кончиной своего старого друга, мистера Ричарда Абернети. Особенно его встревожили слова, сказанные после похорон здесь, в этой комнате, сестрой покойного миссис Ланскене.
– Страшная глупость, и так похоже на Кору, – сказала Мод. – Мистеру Энтвислу следовало бы быть благоразумнее и не обращать на эти слова внимания.
Пуаро продолжил:
– Еще большую тревогу вызвали у него обстоятельства смерти самой миссис Ланскене. Он хотел одного: удостовериться, что тут лишь случайное совпадение и трагическая гибель Коры никак не связана со смертью Ричарда Абернети и что последний умер естественной смертью. С этой целью мистер Энтвисл поручил мне произвести необходимое расследование.
Все молчали.
– Я выполнил его просьбу.
И снова все как один молчали. Эркюль Пуаро вздернул подбородок.
– Eh bien, я пришел к выводу, который, несомненно, обрадует вас всех, а именно: нет абсолютно никаких оснований думать, что мистер Абернети погиб насильственной смертью. Ничто не свидетельствует о том, что он был убит!
Триумфально воздев руки, Пуаро лучезарно улыбнулся:
– Это хорошее известие, не правда ли?
Его аудитория явно так не считала. В устремленных на него глазах всех, за исключением одного человека, по-прежнему тлели сомнения и недоверие.
Исключением был Тимоти Абернети, энергично кивавший головой в знак согласия:
– Конечно, Ричарда никто не убивал! Не понимаю, как можно было хотя бы на мгновение поверить в такую чепуху. Просто Кора снова принялась за свои фокусы. Хотела вас всех напугать. Решила, наверное, что это будет удачная шутка. Хотя она и моя сестра, я должен сказать, что она, бедняжка, всегда была малость не в себе. Ну что же, мистер, как вас там, я рад, что у вас хватило ума прийти к правильному выводу. Но Энтвисл, по-моему, тут слишком много на себя взял. С его стороны было просто наглостью поручить вам шпионить здесь. Но если он думает, что сможет взыскать с нас ваш гонорар, то скажу прямо: этот номер у него не пройдет! В конце концов, если семейство было уверено, что все в порядке...
– Но семейство не было уверено, дядя Тимоти!
– Что такое? – Тимоти сердито уставился на Розамунд из-под кустистых бровей.
– Мы вовсе не были в этом уверены. А что вы скажете насчет тети Элен сегодня утром?
Мод резко возразила:
– Элен как раз в таком возрасте, когда с человеком легко может случиться удар, вот и все.
– Понимаю, – ответила Розамунд. Взглянув на Пуаро, она спросила: – Вы думаете, это еще одно совпадение? Не слишком ли много совпадений.
– Совпадения – вещь возможная, – ответил он.
– Чепуха все это! – заявила Мод. – Просто Элен почувствовала себя плохо, спустилась вниз, позвонила доктору, а потом...
– Но она не звонила доктору, – настаивала Розамунд, – я спрашивала у него.
– Тогда кому же она звонила? – Голос Сьюзен звучал напряженно.
– Не знаю. – По лицу Розамунд скользнула тень досады. – Но, можешь быть уверена, я обязательно узнаю, – сказала она с надеждой.
Эркюль Пуаро обосновался в беседке, выстроенной в викторианском стиле. Свои внушительные карманные часы он положил перед собой на стол.
Объявив ранее, что уезжает двенадцатичасовым поездом, Пуаро ждал. До отъезда оставалось еще полчаса. Этого хватит для того, чтобы кто-то одумался, принял решение и пришел к нему. Быть может, даже не один человек, а несколько.
Беседка просматривалась почти из всех окон дома. Безусловно, вскоре кто-нибудь появится. Если же нет, значит, он совсем не разбирается в людях, а его основные умозаключения неверны.
Пуаро ждал, а над его головой, притаившись в паутине, поджидал неосторожную муху паук.