– А мне, напротив, он кажется очень любопытным, – вкрадчиво сказал Пуаро.
Я догадался, что он просто хочет позлить парижского детектива, и если так, то это удалось. Жиро резко отвернулся, буркнув, что не может тратить время впустую. Он нагнулся и снова принялся тщательно исследовать землю.
Видимо, в это время какая-то мысль неожиданно возникла у Пуаро, он перешагнул кустарник и попробовал открыть дверь сарайчика, стоявшего у границы виллы.
– Он заперт, – сказал через плечо Жиро, – там садовник держит всякий хлам. Лопата взята не оттуда, а из сарая для инструментов около дома.
– Великолепно, – восторженно прошептал мне комиссар. – Он здесь не более получаса, а уже все знает! Что за человек! Несомненно, Жиро – величайший детектив современности.
Хотя я всем сердцем невзлюбил Жиро, все же в глубине души был поражен. Этот человек излучал деловитость. Я не мог не чувствовать, что Пуаро до сих пор ничем не отличился, и это меня раздражало. Казалось, он все время занимается пустыми и глупыми вещами, не имеющими никакого отношения к делу. Тут Пуаро неуверенным тоном спросил:
– Мосье Бекс, будьте добры, скажите, что означает эта белая линия вокруг ямы? Это сделано полицией?
– Нет, мосье Пуаро, это связано с гольфом. Линия показывает, что здесь будет сооружаться бункер.
– Бункер? – Пуаро повернулся ко мне. – Это яма с песком и насыпью с одной стороны, не так ли?
Я подтвердил.
– Мосье Рено, без сомнения, играл в гольф?
– Да, он был хорошим игроком. Работа здесь двигалась именно благодаря ему, его большим пожертвованиям. Он даже участвовал в составлении проекта.
Пуаро задумчиво кивнул. Потом заметил:
– Преступники выбрали не слишком удачное место, чтобы спрятать тело. Они должны были понимать, что его обнаружат сразу, как только начнутся работы.
– Совершенно верно, – победно воскликнул Жиро. – Это доказывает, что преступники были не знакомы с местностью. Это отличная косвенная улика.
– Да, – неуверенно сказал Пуаро, – тот, кто знает местность, не станет прятать здесь тело, если только он не хочет, чтобы его обнаружили. А это совершенно нелепо, не так ли?
Жиро даже не потрудился ответить.
– Да, – разочарованным голосом продолжал Пуаро. – Да, несомненно, нелепо!
7
ТАИНСТВЕННАЯ МАДАМ ДОБРЕЙЛЬ
Когда мы направились обратно к дому, комиссар Бекс извинился и покинул нас, объяснив, что должен немедленно сообщить следователю о прибытии Жиро. Вслед за ним Пуаро объявил, что увидел все, что хотел, и намерен удалиться, чему Жиро явно обрадовался. Покидая поле для гольфа, мы бросили прощальный взгляд на Жиро. Он ползал на четвереньках, продолжая поиски улик с такой тщательностью, что я не мог им не восхищаться. Пуаро угадал мои мысли, потому что, как только мы остались одни, он заметил с иронией:
– Наконец-то вы увидели настоящего детектива, который привел вас в восхищение: человек-ищейка! Не так ли, мой друг?
– Во всяком случае, он занимается делом! – сухо сказал я. – Если там что-нибудь есть, он найдет. В то время как вы...
– Eh bien! Я тоже кое-что нашел! Например, кусок свинцовой трубы.
– Чепуха, Пуаро. Вы хорошо знаете, что это не относится к делу. Я имел в виду прямые улики, как, например, следы ног, которые безошибочно приведут нас к убийцам.
– Mon ami, улика длиной в два фута не менее ценна, чем улика в два миллиметра. Только романтики считают, что все важные улики бывают крохотных размеров. Что касается свинцовой трубы, то вы говорите, что она не имеет отношения к преступлению, потому что так сказал Жиро. Но он мог ошибаться, и я готов доказать это. Но оставим эту тему. Пусть Жиро занимается своими поисками, а я – своими догадками. Дело выглядит довольно простым. И все же... и все же, mon ami, я недоволен. И знаете, почему? Из-за того, что ручные часы спешат на два часа. И, кроме того, есть всякие мелочи, которые не вписываются в общую картину. Например, если целью убийства была месть, почему они не убили его спящим и не покончили с этим делом разом?
– Им были нужны «секретные бумаги», – напомнил я ему.
С недовольным видом Пуаро стряхнул с рукава пылинку.
– Ну и где же эти «секретные бумаги»? Возможно, довольно далеко, так как они приказали ему одеться. И все же он найден убитым поблизости, на расстоянии слышимости выстрела от дома. И опять же нож оказался под рукой по чистой случайности.