Осенним дождливым днем наши баржи заходили в Гронар. Теовульфу надо было отчитаться перед герцогом о результатах летнего рейда.
Было достаточно тепло, градусов двадцать, навскидку, но для моих спутников это казалось, чуть ли не морозом. Насколько я понял зимы, как таковой в Луганоре не бывает. О снеге знают лишь охотники и собиратели трав, забирающиеся высоко в горы. А так сезоны друг от друга мало, чем отличаются, просто зимой немного прохладней и большую часть зимних месяцев идут дожди.
На барже, все столпились у фальшбортов, разглядывая город. Воины оживленно рассказывали, чем займутся, когда сойдут на берег. Увы, их фантазии дальше ближайших таверн и борделей не распространялись.
Зато мой приятель Клаус Гвирон был погружен в свои мысли.
Я прекрасно знал, о чем он думает. Не исключено, что его младший брат из-за этих мыслей ночами не может спать. Он тоже знает мстительный, злопамятный характер своего старшего брата и понимает, что если тот вернется, дело закончиться смертью для одного из них.
Клаус за время нашего вояжа показал себя с лучшей стороны. Хладнокровный, осмотрительный убийца, отлично владеющий оружием, таким он выглядел в глазах окружающих. Ярл, в первые дни нередко подсмеивающийся над ним, скоро перестал это делать, а через неделю, после случайной гибели одного из десятников, назначил Клауса на его место.
Глядя на Гвирона со стороны, я иногда задумывался, как такой рассудительный парень мог попасть в рабство. Но видимо этот случай и изменил коренным образом моего друга.
У меня же такой карьеры не случилось. Вскоре дружина знала, что я будущий маг, поэтому все понимали, что через два-три месяца я покину их команду, и буду учиться в академии на герцогских харчах. И отношение, поэтому было, как к будущему магу, то есть довольно опасливое.
Вчера вечером мы с Клаусом говорили не один час. Он довольно долго не мог начать разговор, но, наконец, решился.
— Эрлих, ты через несколько дней поступишь в академию, скажи, как ты видишь свою жизнь по ее окончании? — спросил он.
Я засмеялся.
— Клаус, ты слишком далеко заглядываешь, я пока не в академии, и еще неизвестно буду ли там учиться.
Гвирон махнул рукой.
— Будешь, Менс не ошибается. Ладно, я понял, что ты ни чем еще не думал.
Тогда слушай. Завтра ярл Теовульф представит меня ко двору великого герцога Бергана, ярл уверен, когда тот узнает, что я жив и достойно проявил себя в сражениях с врагом, герцог возвратит мне мои земли и титул, а Верна, моего брата, снова сделает баронетом.
Я прервал слова Клауса и спросил:
— Так, что ты мне хочешь предложить?
Гвирон снисходительно улыбнулся.
— Сразу видно, что ты ничего не понимаешь в наших реалиях. Смотри, ярл Теовульф второй по значимости человек в герцогстве, и ему служит всего один маг. У герцога их четыре. У нашего рода магов не было почти сто лет.
— Понятно, — прервал я его слова. — Магов у вас раз два и обчелся, поэтому ты хочешь, чтобы я стал твоим магом?
— Ну, да, — кивнул Гвирон. — Ты меня успел узнать, за этот год, а я тебя. Поэтому предлагаю тебе после академии стать магом рода Гвиронов. Уверен, ты не пожалеешь, у меня большие планы на будущее.
Я задумался, как-то несерьезно сейчас звучало предложение приятеля. Впереди несколько лет учебы, за это время, как рассказывал Ходжа Насреддин или шах помрет, или ишак сдохнет, или сам коньки отброшу. Поэтому мое согласие сейчас ничего принципиально не меняло.
Парень искренне считал, что я его одногодок, притом благородного рода, не буду же я ему объяснять, что в Содружестве люди выглядят моложе своего возраста и мне сейчас уже тридцать семь лет. Из них шестнадцать я служил по контракту абордажником на десантном крейсере империи Аратан. И удирая от астероида архов на спасательном шаттле, попал в незарегистрированную червоточину, вынесшую меня к Эрипуру. Поэтому больше всего меня сейчас волновала возможность попасть обратно к шаттлу и, поднявшись в космос, определиться куда, черт побери, меня занесло.
Поэтому, улыбнувшись, я заявил:
— Клаус, сам понимаешь, я не могу ничего точно тебе обещать, шесть лет приличный срок, многое может поменяться за это время. Могу только заверить, что если ничего не изменится к выпуску из академии и, мы останемся друзьями, то я приму твое предложение.
Когда мы подошли к причалу, собравшаяся на палубе толпа вояк сразу ломанулась на берег. Восторженно переговариваясь, они разбрелись по местным забегаловкам.
Гвирон остался на судне, его пригласил к себе ярл, чтобы обговорить завтрашний визит к герцогу. Я же рожей не вышел, чтобы сидеть за столом с герцогом, поэтому меня никто не приглашал.