В отличие от борделя, город уже не спал. Улицы были полны народа торопящегося куда-то по своим делам, или на работу.
Когда подошел к причалу, где стояло мое судно, там уже заканчивали задраивать люки в трюм и готовились к отплытию. На палубу я поднялся без проблем. С магом никто не рисковал связываться. Раз маг зашел на судно, значит так надо.
Мельком увидел Эразмуса. Тот много внимания мне не уделил, да я и сам его не отвлекал, и без меня хватает у человека проблем.
Попросив капитана, чтобы меня никто не беспокоил до вечера, я ушел в каюту, где запустил, отработанный за долгие годы до совершенства, ритуал укрепления стен и дверей. После этого переместился в пространственный карман, точнее в дом, в комнату, где стояла капсула стазиса с Герной.
Постоял немного около устройства, посмотрел на безмятежное лицо девушки лежащей в нем и, подавив возникшее желание разбудить спящую красавицу, отправился в лабораторию.
В целом, проблема доступа в центр связи и управления с крейсером предтеч меня не особо беспокоила, все же я в прошлом смог вскрыть некоторые из их древних строений, вскрою и сейчас. Гораздо больше беспокоил тот факт, что я не могу его обнаружить, хотя неоднократно пытался отыскать.
И вот спустя сто лет возвращаюсь в исхоженные, когда-то места с надеждой, что на этот раз все получится.
Выкинув на время мысли о предстоящей катастрофе из головы, я увлеченно погрузился в изучение стазисной капсулы предтеч.
Подобный аппарат еще не попадался в мои загребущие руки, поэтому делал я это с давно забытым энтузиазмом. Надо сказать, хотя Предтечи были слегка похожи на людей, то есть имели две руки, две ноги и голову, думали они совершенно по-другому. За прошедшие столетия мне удалось в какой-то мере освоить их способ мышления, и даже выделить для него отдельный поток сознания, Эмоциям в этом потоке места не было. Холодный прагматичный разум ксеносов был рационален, оценочного понятия плохо или хорошо в нем не имелось. Имелось только правильно, или неправильно.
И, тем не менее, рациональность и прагматизм не помогли Предтечам выжить. Доказательством этому служит пустующий крейсер на планетарной орбите, болтающийся на ней два, или три тысячелетия.
Попытки разобраться в диком сплаве технологии и магии, собранном в стазисной капсуле успехом пока не увенчались, но все же начало было положено. И вообще поймал себя на мысли, что больше любуюсь спящей Герной, чем думаю об устройстве капсулы.
Поэтому выбрался из дома и провел на поляне легкую разминку с клинками, чтобы компенсировать длительное сидение в неудобной позе. После чего, накинув мантию, вышел из пространственного кармана в каюту, а затем на палубу.
Огромное бледно-лиловое солнце уже уходило за край горизонта на западе, В его лучах еще можно было видеть по левой стороне Энры бескрайние прерии и возвышающиеся на правом берегу эвкалиптовые леса. Подобная картина будет сопровождать нас все путешествие до Брона, целых две с половиной тысячи километров. За Броном понемногу прерии сменятся кустарником, а затем широколиственными лесами, на правом берегу дубовые леса понемногу заменят эвкалипты.
Эразмус не планировал заниматься торговлей по пути в небольших прибрежных поселениях, для его каравана не было в этом никакого смысла. Но от периодических стоянок для пополнения припасов отказываться не собирался. На берегу можно было перекусить в харчевнях, и получить другие удовольствия для уставших моряков без особых приключений. Тем более что в империи давно забыли междоусобные войны прошлого. Гвирон третий поддерживал порядок железной рукой. Аристократы ездили к нему в Дронар, как когда-то русские князья в Орду за ярлыками, не стесняясь кляузничать друг на друга, строя козни и обливая грязью и откровенно радовались когда очередному претенденту на ярлык отрубали голову, или ломали позвоночник.
Когда в кабинете Гвирона появлялся очередной аристократ, у императора уже лежала на столе неприметная папочка с перечислением грехов посетителя. И так же как у ханов Золотой Орды никто не знал, чем закончится этот визит, наградой, очередным титулом, или виселицей.
Да и бюрократы в имперских учреждениях прекрасно знали, чем заканчивается излишняя жадность. Расплавленное золото проворовавшимся чиновникам в рот не заливали в целях экономии, а вот свинца на это дело никто не жалел. Конечно, воровали все равно, но далеко не в тех масштабах, что могли. Перспектива выпить кубок расплавленного металла многих останавливала от неразумного поведения.