Дальше, больше. Все пятеро боевиков, двое были убиты в комнатах, откуда кидали бомбы в кортеж, оказались экипированы и снаряжены единообразно, что частным порядком сделать трудно. Нужен государственный уровень.
Причем такой, что рассмотреть небольшие различия от настоящей формы бойца Аналитического центра было очень затруднительно, если не знать тонкостей. ППС, который Тур принял за наш, тоже оказался не нашим. После экспертизы на Сестрорецком заводе, когда выясняли, как пять пистолетов-пулеметов могли уйти на сторону, выяснилось, что пистолеты-пулеметы боевиков точные копии, причём очень хорошие копии, сделанные вручную.
Как сказал Фёдоров, «такое ощущение, что каждый ППС, словно языком вылизали». Такого качества выделки серийного оружия на Сестрорецком заводе не было. Да и состав стали многих частей этих образцов отличался от заводской и соответствовал маузеровской. Провели сравнительный анализ. Ещё и патроны германского происхождения.
Необходимо отметить, что эта пятерка действовала, как сплоченный и хорошо обученный отряд профессиональных военных с боевым опытом, в котором каждый знал своё место, цель и манёвр. Если бы не пулеметный огонь броневиков и Шило с десятком солдат, успевших перекрыть выход из здания, то пятерка боевиков выполнила бы задачу по уничтожению кортежа и спокойно ушла бы с концами. Кто бы стал останавливать штурмовиков Аналитического центра, куда-то идущих или бегущих по их секретным делам. Связываться с «черными ангелами» никому не с руки.
«А как же сам кайзер и канцлер, который получил сильнейшую контузию? — Спросите вы. — Другие члены свиты? Ведь они могли погибнуть при покушении⁈»
Тут тоже можно кое-что объяснить. Начнём с канцлера. Как мне выдали информацию из нашего МИДа, граф Бюлов в своё время имел огромное личное влияние на Вильгельма, который признавался, что «обожает» своего канцлера. «Я предоставляю Бернгарду Бюлову полную свободу действий. С тех пор, как он есть у меня, я могу спать спокойно», — написал он Николаю II три года назад. Они были так близки, что канцлер выдал кайзеру ключ от черного хода в свой дворец.
Вильгельм каждое утро посещал канцелярию Бюлова, чтобы обсудить государственные дела. А управляющий двором Вильгельма по этому поводу с иронией распускал слухи о том, что если Бюлов по недосмотру высказывал мнение, несогласное с кайзером, то он несколько мгновений молчал, а затем говорил прямо противоположное, с предисловием: «Как мудро заметил Ваше величество».
Именно Бюлов убедил кайзера решиться на яркую политическую акцию против Франции. По его задумке Вильгельм II в ходе своего обычного средиземноморского круиза должен был внезапно высадиться в Танжере и, сидя верхом на коне, произнести речь в защиту независимости Марокко.
Марокканский султан, заранее оповещенный об этом плане, обещал организовать высокому гостю торжественную встречу. По замыслу канцлера, Франция не осмелилась бы в ответ объявить войну и таким образом обнаружила бы перед всеми свою слабость, снизив свою привлекательность особенно в глазах России, как военного союзника.
Эта политическая акция прошла, как нельзя лучше. Кайзера на арабском скакуне марокканцы забросали цветами, его речь в защиту султаната от произвола Франции удалась на славу, ее цитировала вся мировая печать.
Республике не удалось поддержать свой престиж. Министр иностранных дел Франции Делькассе на правительственных заседаниях горячился: «Европа на моей стороне, Англия поддерживает меня полностью. Она тоже не остановится перед войной. Германия не может, хотеть войны, и ее нынешнее выступление не более как блеф: она знает, что против нее выступит Англия. Я повторяю, Англия поддержит нас до конца».
На это германский посол в Риме открыто заявил, что «если французские войска войдут в Марокко, германские войска немедленно перейдут границу Франции». Войны не произошло. Франция согласилась с требованием Германии, чтобы участь Марокко решила международная конференция. Делькассе подал в отставку. Канцлера Бюлова ждал княжеский титул, но тут…
Напуганные неотвратимостью войны с Антантой большинство политических сил в рейхстаге объединилось против Вильгельма и его воинствующей политики. Бюлов под прессом общественного давления не поддержал главу государства и пообещал в будущем способствовать уменьшению влияния Вильгельма II на международную политику Второго рейха. Основа доверия между императором и канцлером была полностью разорвана.
Как следствие, не удивлюсь, что в этой поездке канцлер был жертвенным агнцем, которым кайзер решил пожертвовать для своих великих целей, как и племянницей. Сам Вилли для безопасности пересел в броневик, а общие жертвы теракта и женитьба Михаила на близкой и любимой племяннице кайзера сплотили бы русско-германский союз ещё больше. Я думаю для этого кайзер и дочь бы не пожалел, но ей было всего двенадцать лет. Очень уж нужен Вильгельму союз с Россией, чтобы разобраться с Францией.
Правда, в этой версии есть несостыковки. Первая. Если бы наш броневик шел первым, то нас бы ждала незавидная участь пострадавшего экипажа. Там все были серьезно контужены, и какие будут дальнейшие последствия для их здоровья, неизвестно. Хотя, может быть у сообщников нападавших, была возможность как-то передать информацию о составе кортежа и порядке следования. Только каким образом⁈
Во-вторых, если бы нападавшим удалось заблокировать проезд перед зданием Дворцового управления и повредить остальные кареты кортежа, а бомбы у них оставались, как потом выяснилось, то тогда могли погибнуть и Шлиффен с Тирпицем. Но их тоже можно отнести к сакральным жертвам будущего величия рейха.
Про смерть Михаила, я молчу. Без женитьбы на племяннице, смерть регента при покушении была бы даже выгодней Вильгельму. Несовершеннолетний российский император и только что сформированный регентский совет из амбициозных людей, неразбериха из-за смерти последнего взрослого Романова из младшей ветви Александровичей. Назначение нового Правителя и Опекуна требовало времени, и им в этом случае по закону становилась вдовствующая императрица при уже утвержденном Совете Правительства. А из неё правитель ещё хуже, чем из Михаила. Не любила и не хотела Елена заниматься государственными делами. На первом месте у неё была семья, а теперь дети. Так что реальной властью обладал бы Совет Правительства, который не назовешь союзом дружных единомышленников.
А если представить, что в кортеже был бы Александр IV, которого с большим трудом отговорили ехать встречать дядю Вилли, и он бы погиб вместе с Михаилом⁈ В этом случае бардак в российских верхних эшелонах власти был бы ещё тот. И в этом бардаке при начале боевых действий с Антантой Вильгельм II становился главной направляющей и управляющей силой русско-германского союза, который бы решал задачи, выгодные и необходимые Германии и только Германии.
В общем, все эти мои размышления я и вывалил Михаилу и императрице, когда в беседе за чашкой чая поднялся вопрос о результатах расследования.
— Значит, Тимофей Васильевич, считаешь, что Вильгельм сам организовал покушение на кортеж? — после продолжительной паузы, когда я закончил доклад, спросила Елена Филипповна.
— Стопроцентно утверждать не могу, но косвенных улик очень много. Поведение и последние слова живого боевика, который находился при смерти, говорит, что террористами были германские военные и, вернее всего, из Пруссии. Пистолеты-пулеметы изготовлены из германской стали. Швы на форме соответствуют швам, которые дает головка швейной машинки «SeldelNaumann» из Дрездена. Нитки тоже немецкие. Патроны производства завода Маузера. Подошва в сапогах подбита, как это делают в рейхсхеере. И ещё множество мелких моментов, которые также показывают на германцев. Но прямых улик нет. Не повезло. Не смогли живым хоть кого-то взять. Последний боевик успел в себя выстрелить, когда его из травматов приголубили. Хорошо, что до прихода кайзера дожил.
— А если кто-то специально нас наталкивает на германский след, чтобы разрушить русско-германский союз? — перебил меня Михаил.