— Представляешь, она стала женой, теперь, правда, вдовой командующего войсками провинции Цзилинь генерала Чан Кианга. Её теперь зовут Ли Чан Куифен. А брат Кианга — дзяньдзюн провинции Цзилинь Чан Шунь, — глаза девушки заблестели каким-то азартом.
История сестры Тимофея, действительно была захватывающей.
— Тебе это тоже Маша рассказала? — перебил внучку Ли.
— Она много чего рассказала. Тимофей ей разрешил, — голос Мэй вновь стал грустным.
— Не переживай, внучка. Если бы Тимофей не только бы нашел и спас нас вчера во второй раз, а ещё бы сохранил юношескую любовь к тебе — это была бы сказка со счастливым концом. В жизни же такие истории не встречаются, потому-то они и сказки, — старик грустно улыбнулся и начал поглаживать правой рукой бороду, что говорило о его сильном волнении.
Девушка отвернулась к зеркалу, в котором отразилось, как по её щеке скатилась одинокая слезинка.
В этот момент в дверь каюты постучались. Ли открыл дверь и увидел посыльного матроса, который произнёс:
— Великий князь Михаил Александрович просит сообщить, что через два часа в кают-компании подадут обед, на который он прибудет с броненосца с сопровождающими лицами. Он приглашает Его императорское высочество и господина Ли к столу.
— Господа, Его императорское величество сообщает, что Британия начала вторжение в Русский Туркестан без объявления войны. Памирский отряд и Амударьинская пограничная бригада приняли на себя первый удар, нанеся противнику существенные потери. Задача нашей миссии остается прежней — срочно заключить мирный договор с Японией, — Великий князь Михаил Александрович обвёл взглядом своих родственников: Ник Ника, Сандро, его брат Сергея Михайловича, плюс адмирала Макарова, барона Розена и меня.
Остановив взгляд на мне, брат императора задумался, ещё раз что-то прочитал в расшифрованной телеграмме, после чего задал мне вопрос:
— Тимофей Васильевич, Вы в курсе операции «Грёзы»?
— Так точно, Ваше императорское высочество. Её разрабатывал и осуществлял Аналитический центр, — ответил я, встав со стула и приняв стойку смирно.
— Тогда может, объясните, почему в телеграмме написано, что американские броненосцы в Жёлтое море не придут, так как операция «Грёзы» прошла успешно?
— Извините, Ваше императорское высочество, но о данной операции знает только император, я и ещё один сотрудник Аналитического центра. Рассказать о ней может только Его императорское величество. Могу только сказать, что раз операция прошла успешно, то американские корабли в Тихий океан не придут. И вообще в САСШ теперь долго будет не до проблем с Японией, — я замолчал, не отводя взгляда от глаз князя.
— Что же, весьма информативно, — Михаил хмыкнул. — Опять какие-то штучки вроде боевых пловцов и «Барракуд» или ирландских добровольцев⁈
— Извините, Ваше императорское высочество. Не имею права рассказать об этой операции.
— Хорошо, Тимофей Васильевич. Садитесь. Что будем делать, господа? — Михаил посмотрел на барона Розена.
— Я займусь вопросом об организации следующей встречи с императором Муцухито. Думаю, нам необходимо встретиться с ним перед началом официальных переговоров, — встав со стула, браво доложил барон.
— Сегодня вряд ли чего уже случится. Поэтому предлагаю перейти на «Лену» и нормально пообедать. Тем более, там можно это сделать в присутствии прекрасных дам, если Тимофей Васильевич не будет против присутствия на обеде его прекрасных сотрудниц? А то, как только принял на себя командование охраной, сразу лишил нас их прекрасного общества, загрузив работой, — произнёс Великий князь Николай Николаевич.
От такого пассажа старого холостяка я несколько охренел. На «Лене» в этом походе присутствовали все три сотрудницы Аналитического центра, официально проходившие по Дворцовой полиции, а именно Филатьева Мария, Логунова Татьяна и Наталья Соболева. Точнее, фамилии девушки уже носили другие, выйдя замуж, но они оставались первыми и единственными сотрудниками центра женского пола, имевшими чины и награды. Причем, Филатьева-Кудашева имеет чин титулярного советника, медаль, два ордена, а ещё она стала княгиней.
Ещё в 1895 году по службе девушка встретилась с князем Кудашевым Николаем Александровичем, который подвизался по дипломатической линии, и которому срочно понадобился толковый переводчик с японского. Князь через родного брата Ивана являлся свояком действительного статского советника Александра Петровича Извольского. Его же жена — графиня Толь, являясь фрейлиной двора, рассказала мужу и свояку об удивительной сотруднице Дворцовой полиции, награжденной золотой медалью «За храбрость», к тому же прекрасно знающей японский и корейский языки.