«Теперь я точно знаю, кто в их семье будет главным, – подумал я про себя. – И напрасно Алекс думает, что он ухаживает и чего-то добивается. Его уже рассмотрели, оценили, признали годным и теперь, как телка, ведут на верёвочке к венчанию, постепенно приучая отнюдь не к ведущей роли в семейных отношениях».
– Мари, я рассказывал Тиму о нашей первой встрече на балу, – как-то жалко выдавил из себя Алекс.
– Четыре ночи я веселился, как только мог?! На каждом балу у меня была новая партнёрша, и не одна?! Это тоже обо мне?!
«Ого, сейчас будет суперторнадо, – пронеслось в голове. – И как мы не заметили княжны? Умеет же незаметно подойти».
– Алекс, в наказание вы лишаетесь права открыть сегодняшние танцы со мной. А Тиму я обещала ещё одну награду. Он будет танцевать первый вальс. И именно со мной, – капризно произнесла Мария Петровна.
– Сиятельная Мари, сжальтесь, – начал я, пытаясь отбиться от такой награды. – Неужели вы хотите выглядеть смешной рядом с таким неумёхой, как я!
– Данный вопрос не обсуждается, – твёрдо произнесла княжна, но увидев, как начал багроветь граф, произнесла: – Все остальные танцы, Алекс, ваши.
Цвет лица Белёвского начал приближаться к нормальному, но мне от этого было не легче. А дальнейшие слова Мари заставили меня запаниковать.
– После вальса, Тим, я вам представлю мадемуазель, которая будет вашей парой на сегодняшний приём. Так решили мы с мамам.
«Надо бежать, – это была первая мысль, которая пришла в голову. – Какой из меня кавалер! Ещё эти танцы. Надо было держать перед собой слово – выучить хотя бы ещё мазурку и польку. Или полонез и котильон. Что теперь делать?»
– Тим, да не волнуйтесь вы так. Один танец в качестве награды. Алекс, вы же сохраните шашку моего кавалера во время танца? – дождавшись ответного кивка графа, княжна продолжила: – Надеюсь, мои туфли останутся целыми.
«О женщины, коварство ваше имя, – думал я, снимая портупею с шашкой и передавая их Алексу. – Как легко вы манипулируете нами. Целый граф стоит, как лакей, с моим оружием в руках. И я, как дурак, сейчас буду танцевать!»
Протянув руку в белой перчатке княжне и взяв ее ладонь, я направился к центру зала, куда уже начали стекаться пары. Зазвучала музыка, и мы закружились с Мари под волшебную мелодию вальса. Отдаться полностью танцу не получилось, несмотря на прекрасную партнёршу, которая чудесно чувствовала и музыку, и мои не очень уверенные движения. В общем, ноги не оттоптал, ни в кого не врезались. И всё благополучно завершилось.
Вернувшись на место, где ждал Алекс, глубоко и с облегчением выдохнул:
– Уфф… Сиятельная Мари, лучше в атаку на неприятеля, чем пережить ещё раз такое напряжение!
– Не прибедняйся, Тим, танцуешь ты очень хорошо. Просто стесняешься того, что можешь совершить ошибку. От этого и зажатость. – Княжна перевела дыхание. – Вам надо взять еще несколько уроков, и вальс вы будете танцевать великолепно. А дальше и остальные танцы легко выучите.
– Это всё в далёком будущем, – я повернулся к Алексу и взглядом попросил вернуть оружие.
– Тим, откуда у тебя такое сокровище? – граф чуть-чуть вытянул шашку из ножен, показывая мне клеймение на лезвии.
– Эта шашка и в пару к ней кинжал, сделанный этим же мастером, передаётся в нашей семье от деда к старшему внуку, – ответил я, принимая в руки переданный Алексом клинок. – Надеюсь, что и у меня когда-то будет старший внук, которому я передам нашу семейную реликвию.
– А у тебя, Тим, уже есть на примете избранница? – тут же включилась в разговор Мари.
– Мне пока рано об этом думать, – попытался отшутиться я, но не тут-то было.
– Об этом думать никогда не рано, а то потом поздно будет. И ты, Тим, не забыл, что тебе подобрана пара на сегодня? – раскрасневшаяся Мари сердито притопнула по паркету каблуком туфельки. – А возможно, и не только на сегодня!
– У нас – у казаков, конечно, – выбирают будущую жену в основном родители. Но я, сиятельная Мари, будучи теперь круглым сиротой, надеюсь выбрать себе суженую самостоятельно, – несколько раздражённо ответил я, но лучше бы промолчал. На меня обрушился град слов, и краткость явно не была сестрой таланта княжны.
Из пятиминутного сверхскоростного монолога Мари я выделил следующую суть. Выбор супруга-супруги родителями – основа дальнейшей счастливой жизни создаваемой семьи. Если у меня нет родителей, то мне необходимо прислушаться к мнению княгини Трубецкой, которая соединила много пар. Анна Васильевна фон Дерфельден – юная и прекрасная шестнадцатилетняя девушка. Это у неё первый выход в свет. И я буду бездушной скотиной, если испорчу ей праздник. После яркой речи Мари и Алекс унеслись танцевать мазурку, а я стоял столбом и тихо приходил в себя. «И я считал, что Семёну Савину крупно не повезло, что он женился на моей названой сестре Анфисе Селевёрстовой, – подумал я, вздыхая. – Да Анфиса по сравнению с Мари – божий одуванчик. Бедный граф. Действительно, любовь зла».