– Ты мне ещё, Владимир Анатольевич, напомни об отсутствии у нас перевалочных баз, о том, что морские перевозки уязвимы во время военных действий, – усмехнулся Александр III.
– И это тоже, но самое главное – малонаселённость этого края. На два миллиона квадратных вёрст Приамурского генерал-губернаторства всего восемьсот тысяч жителей, из них пятьсот тысяч в Забайкалье, в Приморской области около ста восьмидесяти тысяч человек, в Амурской меньше ста тысяч и на Сахалине около пятнадцати тысяч. Представляешь, Александр Александрович, всего один человек на три квадратные версты.
– Читал я доклад генерал-губернатора Приамурья за прошлый год. Цифры ты приводишь верные. Но прирост-то есть! Каждый год численность увеличивается, – император окунул кончик сигары в рюмку с коньяком и с удовольствием затянулся.
– Как бы всё, что освоили, и все эти увеличения не потерять. Объяви ты войну Японии из-за смерти Ники, боюсь, всё бы и потеряли. В Приморской и Амурской областях из трехсот тысяч жителей только пятьдесят тысяч русские. А местным инородцам что русский белый царь, что японский микадо, как я увидел, всё равно. Лишь бы налогов меньше брал и жить не мешал. Вот и представь, государь, сто двадцать тысяч обученной пехоты и пятьдесят тысяч всего русского населения на территории двух областей Приамурья, которая по размерам раза в два или три больше всех островов Японской империи. А там сорок миллионов проживает и на одной квадратной версте должны прокормиться сто двадцать пять человек. Разница ощутимая: ноль целых три десятых человека на версту – и сто двадцать пять. При этом площадь обрабатываемой и вообще пригодной для чего-либо земли в Японии не больше пятнадцати процентов. Александр Александрович, получается, одна квадратная верста пригодной земли в Японии должна прокормить больше тысячи человек. В такой ситуации хочешь не хочешь, а начнёшь смотреть на земли соседей.
– Я понимаю, Владимир Анатольевич, слабость нашего положения на Дальнем Востоке, поэтому и принял решение о прокладке железной дороги через всю Сибирь до Владивостока, – император пыхнул сигарой. – Это будет железная аорта мира и войны. Только когда мы эти восемь тысяч вёрст построим?! Так что пока вся надежда на крепость Владивосток и Тихоокеанский флот, который мы сможем там собрать.
Князь Барятинский вслед за Александром III выпустил изо рта клуб табачного дыма и задумчиво произнёс:
– Владивосток – большая стройка, где из восьми с чем-то тысяч жителей только три тысячи русских. Дата, когда крепость будет полностью обустроена и в ней будет стоять полный гарнизон, под большим вопросом. Даже год определить трудно. А вот с флотом уже начинаются проблемы. Десять лет назад нам хватало пяти-шести броненосцев в Жёлтом море, чтобы Япония и Китай чувствовали жёсткую руку российского императора в Тихом океане.
– И что же изменилось сейчас? О чём мне мой брат не доложил? – император с интересом посмотрел на своего друга.
– Я не знаю, о чём тебе докладывал великий князь Алексей Александрович, но даже мне, далёкому от Морского ведомства человеку, было видно в Японии, что микадо усиленно строит флот, причём современный.
– Поподробнее, мой друг, поподробнее… – Александр III подался всем телом из кресла в сторону князя.
– На сегодняшний день у Японии имеются такие старички, как казематный броненосец «Фусо» и броненосные корветы «Хией» и «Конго», появились свеженькие однотипные бронепалубные крейсера «Такачихо» и «Нанива». В этом году введён в строй броненосный крейсер «Чиода». В восемьдесят восьмом Япония заложила ещё три типовых бронепалубных крейсера нового типа «Мацусима». Два из них, «Ицукусима» и «Мацусима», заложенные во Франции, уже спущены на воду и скоро войдут в строй. Третий – «Хасидатэ» – строится под присмотром французских кораблестроителей на верфи Йокосука. За месяц до нашего прибытия в Японию его спустили на воду.
Кроме того, Андрей Николаевич сообщил мне, что по непроверенным до конца данным Япония собирается заказать в Англии два эскадренных броненосца, а также новейший бронепалубный крейсер. С вводом их в строй нам будет уже тяжеловато создавать паритет сил на Тихом океане.
– Эскадренные броненосцы, тем более английской постройки, это серьёзный аргумент, – император запустил левую ладонь в бороду и задумался.