– Серафима.
– Где я? – спросила я резко. – Что происходит?
– Серафима, – трансформ протянул ко мне руки, но я отшатнулась.
– Что ты со мной сделал? – почти выкрикнула я.
А̀лки замер, затем отступил и спокойно ответил:
– Единение. Теперь ты ти’ша̀.
Его слова оглушили меня. Что? Ти’ша̀?
В памяти всплыл разговор в моей комнате после нападения Вѝго. Тогда А̀лки сказал: «После обряда ты станешь ти’ша̀». В тот день я была не в состоянии спорить, отложила на потом. Только потом стало не до разговоров. Значит то, что произошло вчера, и было обрядом? Значит, А̀лки действительно собрался остаться со мной?
Я мысленно застонала.
– Мне надо назад, – сказала я, поднимаясь, и осеклась. На мне сейчас, почитай, ничего из одежды, только два полупрозрачных лоскутика, едва прикрывающих причинное место. Уходили мы ночью, но сейчас наверняка уже светло. Хорошо же я буду выглядеть в глазах охраны, когда они увидят, в каком я виде возвращаюсь и откуда. Позора не оберёшься!
А̀лки будто прочитал мои мысли, потому что коснулся стеновой панели над нишей и достал свёрток.
– Вот, возьми, – протянул он его мне.
Это оказался комбинезон, такой же, как сейчас был на трансформе. Я быстро оделась, и А̀лки вывел меня из корабля. Когда проходили мимо аквариума, тот был пуст. Ничто не напоминало о вчерашней вакханалии.
У дома мы наткнулись на Вѝго, он появился из-за полога бассейна. Отстранённо отметила про себя, что не помню, чтобы видела его на корабле. Увидев нас с А̀лки, он застыл, и глаза его вспыхнули сиреневым.
Долгий тёплый душ вернул мне не только силы, но и душевное равновесие. После обильного завтрака (никогда ещё не была настолько голодной), короткой проверки поста видеонаблюдения и отчёта начбезу я вышла на задний двор. Судя по всплескам, доносившимся из-за полога, трансформы вовсю резвились в бассейне. По традиции устроилась на садовых качелях – моём личном посту наблюдения. В голову то и дело лезли картины пережитой ночи. До сих пор не верилось, что всё это не было сном. Я корила себя за то, что допустила произошедшее, но в то же время очень хотелось, чтобы всё это повторилось ещё раз. И эта двойственность меня угнетала.
Когда ко мне подошёл А̀лки, я подняла на него взгляд.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, внимательно вглядываясь в моё лицо.
– Зачем ты это сделал? – ответила я вопросом на вопрос.
Сказать трансформ ничего не успел. У меня зазвонил телефон. Я взглянула на экран, это был номер Анто̀нова.
– Алло? – отозвалась я, приняв вызов.
– Сима, извини, что отрываю, – голос у начбеза был взволнованный.
– Митя, что случилось? – насторожилась я.
– У нас ЧП, – Анто̀нов устало выдохнул в трубку. – Оборотни съехали с катушек. Мы не знаем, как их остановить. Нам нужна твоя помощь. Срочно.
Снова эти оборотни. Впрочем, ничего удивительно, ведь чаще всего нам приходилось «убирать» именно за ними. В силу вздорного характера и волчьей натуры они больше всех конфликтовали или лезли на рожон.
– Где вы?
Начбез назвал адрес.
– Еду, – коротко сообщила я и прервала вызов.
– Что-то случилось? – спросил А̀лки, молча стоявший рядом.
– Проблемы по работе, – ответила уклончиво. Я была немного зла на трансформа, и любезничать не было настроения.
– Охрана присмотрит за вами, – я поднялась с качелей.
– Я поеду с тобой, – сказал А̀лки. – Я не могу допустить, чтобы ты пострадала.
– Нет, – отрезала я. – Оставайся здесь.
– Серафима, – попытался возразить А̀лки, но я его перебила.
– Нет.
Видимо что-то такое было в моём взгляде, потому что трансформ отступил.
– Будь осторожна, – пожелал он на прощанье.
Я не ответила, развернулась и ушла в дом собираться.
Машина приехала за мной через полчаса, наверное, начбез отправил её заранее. Когда закрывала калитку, испытала дежа-вю: А̀лки стоял у бассейна и смотрел на меня. Только на этот раз в его взгляде была какая-то обречённость. Стало не по себе, и я поспешила отвернуться.
С оборотнями пришлось провозиться до утра. Эти неугомонные личности умудрились наследить на полгода вперёд. Службе безопасности удалось собрать разбушевавшихся мохнозадых в одном месте, а потом они дружно растаскивали их за хвосты, когда те начали драть холки уже друг другу. Даже транквилизаторы не помогли. Мой приезд также мало чем помог. Я несколько часов кряду пыталась их угомонить, но они никого и ничего не слушали. В итоге нам пришлось применить слабый раствор аконита. Только после этого получилось привести их в чувство. Случай оказался беспрецедентный, и для того, чтобы разобраться в причинах, привлекли лучших учёных, специализирующихся на оборотнях, а заодно вызвали целителей из анклава. А пока всех бунтарей заперли в нашем изоляторе.