Дейна обвила его руками, потираясь нижней частью тела о его бедро и бросая насмешливые взгляды в сторону Лили. Блондинка заливалась смехом, поглядывая на происходящее. А черноволосая строгая красавица взирала на все с невозмутимостью сфинкса.
- Чего стоишь, как столб? - произнес он, - или присоединяйся, или уходи.
- Нам и так хорошо, не правда ли? - улыбнулась Дейна, склоняясь к его шее, - к чему нам еще кто-то?
- Что она умеет такого, чего не можем мы? - Спросила черноволосая, окидывая Лили оценивающим взглядом.
- Хозяину захотелось немного грязи, - прошипела Дейна, опускаясь перед ним на колени. - Мы тоже можем быть очень, очень грязными, - проворковала она, начиная тереться о него щекой.
Лили смотрела на них, и одновременно с отвращением, в ее душе закипала ревность. Он не должен был быть с ними, он выбрал ее, и она полагала, что хотя бы на тот небольшой промежуток времени, что они вместе, не будет больше никого другого. Как же жестоко она ошибалась. Скольких еще и какими толпами он затаскивал к себе в постель. Лили резко развернулась и бросилась на выход - она не будет смотреть, как они занимаются этим.
- Стой, - его властный голос подкосил ее прямо на пороге, она замерла на месте, не оборачиваясь. - Иди сюда.
Лили нехотя повиновалась, снова встретившись с загоревшимися глазами ведьм. Те, видно, предвкушали очередной сеанс издевательств.
- Сними с меня рубашку, - велел он. Лили дрожащими руками начала расстегивать пуговицы на его груди и спускаться ниже. Ведьмы зачарованно следили за ней, ожидая, что же последует дальше. Пальцы не слушались Лили, и она , наверное, выглядела в тот момент самой неуклюжей дурой на свете, но каждый раз, когда она дотрагивалась до его кожи, словно искра проскакивала между ним и кончиком ее пальца. Встретившись с Ником взглядом, она поняла, что и он это ощущает.
Белобрысая ведьма заерзала на своем месте, но никто из них не смел прервать игру хозяина или перечить ему. А Лили застряла на последней пуговице, не в силах вытащить рубашку из его штанов. Его взгляд пробежался по ее груди и животу, и везде, где он проходил, по ее телу прокатывалась волна тепла.
- Идите, - сказал он, и ведьмы, переглянувшись, пошли к дверям. Лили поднялась, чтобы следовать за ними, но он остановил ее: - не ты.
Она подчинилась, хотя теперь ей почему-то хотелось уйти вслед за ними, Лили трусила, сама не понимая отчего.
- Продолжай, - произнес он, и ей жутко захотелось провалиться куда поглубже.
- Скажи, почему ты это сделал? - спросила Лили, наблюдая, как он одевается у окна.
- Сделал что? - Спросил он, взглянув на нее, и Лили ощутила, что из его голоса исчез уже ставший привычным сарказм.
- То, что привело тебя сюда.
- Боишься сказать слово пал? - Его глаза блеснули в полумраке спальни.
- Хорошо, пал. - Исправилась она.
- Нельзя жить в мире, где все только белое. Сама однотонность рождает фальшь. Я предпочел темную откровенность светлой фальши. Такой ответ устроит? - Он посмотрел на нее с иронией, но Лили успела уловить в его словах, пока он говорил, и их истинный смысл, и грусть.
- Ты скучаешь по прежней жизни?
Он подошел к кровати, на которой она сидела.
- Ты напоминаешь мне о ней. - Только что в нем не было и тени лукавства, но уже через секунду все изменилось, и во взгляде прорезалось раздражение. - Иногда даже слишком.
- Ник, - продолжила она, не обращая внимания на перемены в его настроении, - на твоей памяти были ошибки, такие, как я?
- Ты хочешь знать, что будет с тобой дальше? - Он заглянул ей в глаза, присев рядом на кровати.
- Об этом я могу догадаться, - пробормотала она, опуская взгляд. - Я просто хочу понять, почему так происходит.
- На моей памяти, нет. - Ответил он, и из его уст это звучало по-настоящему страшно, потому что его память охватывала вечность.
- Тогда как такое могло произойти? - Спросила она, напряженно всматриваясь в него.
- Ошибка? Любая система имеет право на ошибку, этим мы и различаемся: только светлые не признают их. Поэтому я наслаждаюсь тобой, а они жаждут стереть и забыть.
- Но ведь это против их правил? Это же убийство.
- Против каких правил? - Рассмеялся он. - Против тех, что тоннами засылают ко мне души? Не смеши меня, Лили. Есть, конечно, хорошие люди, я не спорю, но их очень мало, а в основном все состоят из смеси достоинств и недостатков, побеждает то одно, то другое с переменным успехом, и пока жив, никто не знает до конца, что именно победит.