Странно, но именно этот вопрос смутил ее. Лили замялась, а затем он увидел, как ее щеки залил румянец.
- Немного воды и... вещи, - ответила она, потупясь.
- Какие?
- Его рубашка, - произнесла она, и добавила, воинственно вскидывая голову: - С ней я смогу пройти демонов судьбы, как в прошлый раз.
- Она хранит его запах? - Спросил Рамуэль.
- Да, - согласилась Лили, но что-то еще скользнуло в ее взгляде такое, чему он не мог дать точного определения.
- Удачи тебе, Лили, - пожелал он на прощание и, разбежавшись, взмыл в багровое небо.
- И тебе, - прошептала Лили, когда он уже не мог услышать ее слов.
Едва избавившись от Сибиллы, Ник почувствовал ни с чем не сравнимое облегчение. Такое с ним случалось часто: сначала его привлекала девушка, потом он ее завоевывал, и чем сложнее был процесс завоевания, тем на большее время хватало, обычно, его страсти. А затем чувства шли на убыль, и тот прекрасный момент, когда они исчезали напрочь можно было с точностью определить по старому знакомому ощущению висящего на шее кирпича. Когда он избавлялся от наскучившей женщины, кирпич спадал с его плеч.
Ник прошел к себе в кабинет и открыл окно. За его окном был тихий деревенский пейзаж юга Италии. Он смотрел на холмы, редкие деревья и приземистый каменный дом, ощущал ветер на своем лице и любовался меняющими на закате цвета облаками. Когда глаза его заболели от яркого света, он машинально прикрыл их рукой и выругался.
- Нельзя уже открыть окно, чтобы там не оказалось ангелов.
- Перестань, Падший, нас не так и много. - Ответил ему голос. - Я пришел поговорить с тобой.
Ник хмыкнул.
- Видимо, что-то серьезное случилось, если ангелы начинают лезть мне в окна, да еще и ангелы повыше Уриэля с его воинством.
- Ты отлично знаешь, что Уриэль и его парни давно застряли между светом и тьмой, и едва ли их можно сравнивать с нами. - Он приглушил свое свечение, и Ник смог рассмотреть херувима.
- Что же вам от меня нужно, что они послали тебя? - Спросил Ник.
- Я бы мог ходить вокруг да около, ослеплять тебя своим сиянием, - ответил херувим, - играть в твои игры, но я не для этого пришел. Я пришел поговорить о девушке.
- Я знаю ее имя? - начал Ник, но херувим прервал его, похоже, он действительно был настроен очень серьезно.
- Знаешь, это Лили. Ты должен отпустить ее. - Произнес он.
- Простите, я отпускал ее, - язвительно возразил Ник, - и это не моя вина, что свет не смог ее удержать.
- Ты знаешь, кто она? - Спросил херувим после небольшой паузы, видимо, решив сменить тактику.
- Душа, попавшая в ад за прегрешения. - Ответил Ник, он не знал больше: даже порывшись в ее воспоминаниях, он не мог объяснить того, что случилось.
- Верно, - согласился херувим. - Но почему все так получилось? Почему она вечно, как кость в горле? Ты ведь наверняка задавался этим вопросом. Не сомневаюсь, что задавался.
Ник молчал, не возражая. Ему давно уже было интересно, какие предположения на этот счет у них, наверху.
- И? - Подтолкнул он к ответу херувима.
- Все очень просто, - ответил тот. - Она - ошибка.
- Что это значит? - Нахмурился Ник.
- Просто ошибка. - Повторил херувим. - Один единственный раз душа слетела с жерновов судьбы, запоздав на какую-то секунду, и была перемолота ими, и все пошло наперекосяк.
- Как такое возможно? - Спросил Ник. - Насколько я знаю, за все время такого не случалось ни разу.
- Ну, были некоторые тонкости, - замялся херувим. - но их решили. Отпусти ее. Мы позаботимся о ней.
- Каким образом? - Глаза Ника едва заметно сверкнули, они выходили на знакомую ему почву, и ему совсем не понравилось, как прозвучали слова ангела.
- Все снова станет на свои места. - Произнес херувим, игнорируя его вопрос.
- Что-то стало очень сыро, - бросил Ник и резко захлопнул окно перед лицом изумленного гостя. Окно закрылось, и исчез призрак, явившийся ему свыше.
- Позаботятся, - хмыкнул Ник и прошелся по комнате. Так вот для чего она им была нужна. "Просто ошибка", - сказал гость, и они собирались ее исправить. Она прошла целую гору не самых сладких жизней, потом скатилась в слоях до самого дна только для того, чтобы сияющие праведники позаботились о ней раз и навсегда. Гнев подымался в его душе волной. Он всегда боялся узнать, что она - кто-то из древних, или падшая, с которой случились невероятные вещи, или... он строил тысячи предположений и отметал столько же, а они сказали "ошибка" - слово без жизни и чувств, которыми обладала настоящая Лили. Почему-то перед глазами у него всплыло ее обнаженное дрожащее тело в комнате и желание приблизить ее к себе, ощутить ее запах, вжаться в ее маленькое тело и утонуть в ее зеленых глазах, или в ее мире с этим странным морем, на берегу которого они сидели вдвоем, когда он впервые встретил ее.