Что-то прорывалось к ним сквозь ткань пространства-времени. Что-то… Эля с головой погрузилась в очередную временную волну и увидела…
…Увидела это же подземелье, заполненное серыми сгобенными существами. То была погибшая цивилизация богомолов. Они были облачены — или то был их хитиновый покров? — в зеркально блестящие пластины. В этих бесчисленных зеркалах отражались темные стены пещеры, так что распознать, где здесь живые сущесва, а где стены зала можно было лишь по движениям богомолов. Сборище слепых невидимок… Но, если картинка прошлого была сера и невыразительна, то звуковое сопровождение действа оглушало и подавляло яркостью и разнообразием. Пел каждый участник ритуала, пели стены зала, пело пространство вокруг. Сотня симфоний развивалось параллельно, но удивительно! — мириады звуков создавали вовсе не какофонию. Миллионы голосов связывались единой гармонией. Это была мелодия мелодий, подобная голосу Бога.
Эля закричала от ужаса и восторга, и этот голос вплелся в общую мелодию. Следующая временная волна возвратила ее в реальность. Рядом Кас мотал головой, будто надеялся тем самым вытрясти только что увиденное и забыть. Эля поймала его ошалевший взгляд и сглотнула. Во рту совсем пересохло от волнения.
— Кас, Эля, что у вас стряслось? — тревожно спрашивал Дэн. Кас опять переглянулся с Элей и тоже сглотнул.
— Кэп, думаю, нам лучше отсюда уходить и поскорее, — ровно сказал он.
— Как контакт?
— Уранос на нас не реагирует. Чтобы завладеть его вниманием, нужен раздражитель посильнее, чем наши уроки. Может, включить ему музыку погибшей цивилизации? Тут в стенах такие же дырочки, как в верхнем зале.
— Попробуй. Но очень внимательно следите за его реакцией. И приготовьте аэрокосм к экстренному взлету. Возросшая активность ураноса мне совсем не нравится.
— Да он тихий, — с сомнением заметил Кас, оглядев вполне целый зал, монолитные, хоть и шевелящиеся стены. — Ты что, Дэн?
— В этом зале вы находитесь в несколько… смещенном пространстве. У меня наверху уже земля дрожит под ногами. Еще пять минут вам на работу — и возвращайтесь!
Кас и Эля недоверчиво переглянулись, но решили не спорить. Эля взобралась в аэрокосм и включила панель приборов, а юноша, схватив тот же набор инструментов, бросился через весь зал к проходу в верхнюю камеру, откуда можно было включить музыкальную машину.
Эля развернула аэрокосм к пролому и успокоенно вздохнула. Нежилой, но и не мертво-неподвижный зал остался позади. Дэн оказался прав, стены трещины подрагивали, снизу доносился мерный гул, грани ураноса мелькали, как спицы в колесе. Неужели он собрался покинуть колыбель?
— Кас, побыстрее! — вопль Эли утонул в гуле сотен труб включившейся музыкальной записи древних. Услышав ее, уранос замер. Гул в глубине стал дрожащим и… нежным. Чудозверь будто мурлыкал.
Показался Кас. Уже никуда не торопясь, он весело махнул Эле рукой и пошел к прибору — переводчику.
— Подействовало, — скоро довольно доложил он Дэну и Эле. — Он слушает! Дэн, я передаю наше сообщение?
— Передавай, — через мгновение, будто немного засомневавшись, сказал Дэн.
— Ладно, кэп, — как-то вопросительно сказал Кас. Он отправил ураносу урок три и… музыка зала вдруг резко оборвалась, так что Эля даже испугалась, не оглохла ли она? Уранос больше не мурлыкал. Он задвигался с утроенной энергией. Эля развернулась в кресле к залу. Ближайшая стена знакомо поплыла, ее расщепил надвое быстро расширяющийся черный разлом. Но вряд ли эта дверь вела в иное измерение! То была не иллюзия — зал рушился!
Подхватив прибор, Кас в три прыжка достиг аэрокосма, плюхнулся в кресло пилота:
— Улетаем!
— А контакт?!
— Уранос разъярен, на эмоциональное поле страшно смотреть. Улетаем!
Он пристегнулся. Оторопело глядя на него, Эля также защелкнула ремни поддерживающего тело плетения.
— Здесь сейчас все рухнет! — после короткого рывка в условиях повышенной силы тяжести Кас все еще тяжело дышал. Он споро поднял аэрокосм в воздух и рванул вверх.
— Почему уранос так разозлился?
— На нас он разозлился! Зря включили музыку! Он вообразил, что это из погибшей цивилизации кто-то уцелел, а мы его кодами чужого языка, уроком три! Он запутался!
Новый вопрос застыл у Эли на губах. Мертвый мир вокруг рушился. Трещины разрезали древний камень, домики-соты сминались, будто бумажные, а гул в глубине нарастал. Вот задрожала и дернулась назад стена пролома. Трещина расширялась. Сверху полетели каменные глыбы, Кас уворачивался от них. Его руки лежали на штурвале с уверенной, спокойной силой, и Эля старалась смотреть на них.