— А! Хозяин, вы проснулись наконец-то, — прозвучал голос Ристы, возвращая меня из моих мыслей в реальный мир. — Мы испугались за вас, не делайте так больше! Упали будто замертво! — и голос у той предательский задрожал.
— Риста, только без слез, — сразу предупредил я её. — Со мной порядок, просто вымотался! А вот за заботу спасибо, — успокоил я ее, нежно поглаживая по голове. — Эсса Раудона, а вы не грейте уши, не спите ведь уже! — как можно формальнее обратился к ней.
— А почему это ты к обычной рабыне по имени, а ко мне вот так? — моментально взбеленилась девушка.
И подскочила как ужаленная, отчего мне открылся замечательный вид на прелести девушки.
— Не справедливо! — возмутилась она.
А вот Риста заметно стушевалась, а глазки забегали как у раненой лани, придеться баронессу ставить на место. У нас так не принято, будем свои правила устанавливать, но только в своем ареале обитания.
— Наверное, потому что она моя, а не чья-то еще, — заботливо приобнял я Ристу. — Чувствуешь разницу между мной, сумасбродным и себе на уме северянином, и кем-то еще? — обратился я к Масти. — Думаю, ты уже заметила мое обращение, как к себе любимому, так и к остальным, чувствуешь разницу? А если нет, то вспомни наше знакомство, — спокойно заявил я ей.
Пару секунд игр в гляделки, во взгляде у девушки мерцал огонь, который мог разгореться в любую секунду, а после она сдалась. А я удовлетворенно кивнул.
— Но это не честно! — плаксиво начала девица. — Я целая баронесса, наш родной манор сравним с графством, а то и больше, а она… рабыня! Северянин, почему такое предвзятое отношение ко мне?
— Считай что это моя блажь, и нет, я не отношусь к тебе предвзято! Считай меня эксцентричным мудаком, — с усмешкой посмотрел я на нее. — Так понятнее?
— Не понятно мне! Объясни в чем дело! — недоуменно посмотрела на меня та.
«Хм, и вправду не понимает, хотя ее отношение к такому, мне более-менее понятно».
— Как таковое рабство, мне не нравиться. Но если говорить в целом, то мне на все плевать! Так лучше? Почему при нашей встрече я представился благородным, но не веду себя так? Даже в обращении к себе? Свои законы и «хотелки» на чужой земле я устанавливать не буду, кто я такой? А вот в моем присутствие и в моем кругу общения все равны, я не навязываю свое мнение, а лишь прошу, так я воспитан. К примеру, вот есть ты, для всех ты целая баронесса. Догадываюсь, что с очень приличным статусом. Тебя все уважают, лелеют, холят, и каждый носит тебя на руках. От себя скажу, что ты замечательная женщина, и этого не скрываю, — более подробно стал объяснять я девушке. — А вот есть две девочки, Риста и Руста, они рабыни, у них нет твоего статуса. И их принимают за вещи, не более, таковы законы и ваши порядки. Но для меня, повторюсь, для меня, вы ничем не различаетесь. В моих глазах они такие же замечательные девушки, как и ты, лишь только без титулов и прочей великосветской чуши. И если ты в чем-то не согласна, я тебя выслушаю, думаю, даже пойму. Но сделаю по-своему. И также позволь заметить, что дверь вон там, это на всякий случай, — указал я на выход. — Прости, если грубо.
Немая сцена. Баронесса смотрит с удивлением и открытым ртом, Руста проснулась, и вместе с сестрой с ошарашенным видом взирают на меня как на диковинного зверя, у обеих глаза на мокром месте, от таких откровений.
— Хозяин, я действительно в вас не ошиблась. Вы действительно сильно отличаетесь от других! — Риста прижалась ко мне, и заелозила личиком по груди, никого не смущаясь.
А Руста видя такой сестру, подалась также вперед и схватила меня за голову. Всматривалась пару мгновений мне в лицо, видимо пыталась разглядеть вру я или нет, а после просто поцеловала, прижавшись ко мне, также никого не чураясь.
Разгоряченный язычок девушки проник ко мне в рот, вытворяя такие вещи, о которых я не слыхивал. И сам я стал заводиться, забыв о баронессе, которая то и дело бросала косые и задумчивые взгляды на девушек и меня.
Опрокинув обеих девиц на спину, я принялся за свое грязное дело. Поочередно целуя близняшек и их разгоряченные тела, и опускаясь ниже. Девочки действительно были эталоном красоты, и Шахану я в чем-то уже был благодарен.
Обе уже тяжело задышали, и сами были готовы ко всему, но Руста зачем-то решила мне что-то объяснить:
— Хозяин простите меня, что не верила вам с самого начала. В отношении разумных моя сестра более прозорлива, чем я. Простите меня! Когда сестра говорила, что вы нас пойдете спасать, я не верила, и просто приготовилась умереть. А Риста верила в вас до самого конца, но не я. А потом пришли вы… Я-я порочная, а после ваших слов, я наконец-то поняла, что к чему. Простите меня, — и через мгновение заревела.