— Поешь, потом согрей воды, помойся, а я пошел…
Чирш появился часа через два, когда уже стали гаснуть звезды в ночном небе, а Кинт стал переживать из-за долгого отсутствия кочевника.
— Вот, в этом на тебя особого внимания не обратят, — Чирш бросил сверток на лавку у камина, на которой сидел Кинт, прислонившись к теплой каменной кладке спиной, — лошадь у коновязи оставил, карабин и остальное приторочено к седлу.
Кинт развязал бечевку, которой был перетянут сверток. Это оказалась потертая, но чистая жандармская одежда, без шевронов и прочих знаков принадлежности к какому-либо корпусу, а также высокие ботинки со шнуровкой и широкополая шляпа из толстой кожи.
— Замечательно, — натягивая штаны сказал Кинт, — сойду за отставника, кем, впрочем, я и являюсь.
— Люди говорят, что полеты скреверов отменили, пока не выяснят, из-за чего произошел пожар.
— Не выяснят, — ответил Кинт, — скревер на дне реки, спасся только я и…
— Старик Ренэ, который уже уехал в Актур, наняв моторный фургон треста господина Дова, с охраной. Но люди говорят только про старика Ренэ.
— Вот и хорошо.
— На руднике, за забором, тоже был пожар, сгорела лаборатория.
— Вот как? — застегнув на все пуговицы шерстяной китель, Кинт надел поверх свою портупею с кобурами, проверил магазины в подсумках, затем надел короткий бушлат, подпоясавшись поясом с револьверной кобурой, — хотя, можно не удивляться.
— У меня есть несколько жетонов гражданина, они старые, но может, возьмешь один из них?
— Сейчас в ходу уже другие документы.
— Я знаю, но это не везде, на окраинах терратоса еще не всем заменили жетоны картоном.
— Что ж, давай один, может быть и пригодится, хотя у меня сохранились и свои документы, — Кинт переложил из кармана пиджака на лавке во внутренний карман бушлата небольшой кожаный тубус.
— Что делать с тем, что я спрятал?
— Да, это самое главное, слушай и запоминай…
Кинт въехал на холм, с которого был виден Джевашим как на ладони, и остановился как раз в момент, как на востоке появились первые лучи солнца. Покачав головой и подумав о том, что профессор Дакт, скорее всего, уже мертв стараниями человека в сером костюме, он развернул лошадь и поехал навстречу восходящему солнцу прямо через набирающие весеннюю зелень луга. Путь предстояло проделать в неделю, и желательно подальше от дорог. Так, ночуя в рощах или на постоялых дворах отдаленных от проезжих путей поселков и ферм, Кинт к утру шестого дня добрался до побережья, повернул на юг и уже вечером был в Дейлуре.
Выехав на улицу, в конце которой располагается тайная резиденция департамента, Кинт почувствовал устойчивый запах гари. Придержав лошадь, он присмотрелся к дому в тупике, во внешнем виде которого кое-что изменилось — крыши нет, она провалилась внутрь, закопченные стены над зияющими пустотой окнами, у ворот скучали двое городовых.
— И тут огонь… оригинальностью они не блещут, — тихо сказал Кинт, развернул лошадь и поехал в центр, внимательно посматривая по сторонам.
Особого внимания со стороны управляющего гостиницей треста господина Дова, Кинт не отметил. Он представился как Родд Жакье, и получил ключ от апартаментов, которые снял для него Сарт.
— Да, господин Жакье, — окрикнул Кинта управляющий, когда тот стал подниматься по лестнице, — ваш дядя, он искал вас.
— Дядя?
— Да! Он велел передать, что ваша тетушка больна, и как только вы появитесь, чтобы сразу известили его.
— Благодарю, — Кинт изобразил на лице сожаление и озабоченность.
— Не стоит благодарить за дурные вести, — искренне посочувствовал управляющий.
Весть от «дядюшки» о болезни дражайшей «тетушки» это был сигнал тревоги, причем в самом ее худшем варианте. Кинт продолжал подниматься по лестнице, пролет небольшой, но с каждым шагом он все больше погружался в мрачные мысли:
«Про апартаменты знает лишь Сарт, вряд ли он рассказал бы о них, и вряд ли известие о болезни тетушки принес Сарт, не тянет он на дядюшку… значит… что это значит? Значит, все плохо, приходил либо Чекар, либо еще кто-то, возрастом старше меня… и он должен был знать, что я появлюсь здесь, но! Но за шесть дней известие о катастрофе в Джевашиме сюда добралось наверняка, да что там, о нем наверняка написали в газетах с полным списком пассажиров в некрологе… Дьявол!»
Кинт остановился перед дверью, и прежде чем отомкнуть замок, положил руку на рукоять револьвера, тихо взвел курок и прислушался… в комнате явно кто-то был — пару раз скрипнули доски пола, как только Кинт вставил ключ в скважину. Толкнув дверь, Кинт не спешил входить, а достав револьвер из кобуры, поднял его и замер в коридоре. Приоткрылась дверь в туалетной комнате…