— А как же строить новый мир? Вдруг Северяне станут нашими союзниками… а ты вон чего, какую дуру для них приготовил. Ладно, молчу, — Тилет поднял вверх ладони.
— Да, сейчас лучше помолчи…
Кочевник вернулся спустя полчаса, накинул поводья вьючной лошади себе на седло и сказал:
— На окраине есть постоялый двор, при нем харчевня и хорошая конюшня.
— Я понимаю, что ты привык в конюшнях спать, — Тилет сплюнул на землю, — комнаты там есть свободные?
— Да, есть… одна.
— Поехали, пока ее не заняли, — Кинт указал рукой на появившихся справа вдали двух всадников и конную повозку.
На самой окраине деревушки, навстречу путникам, из-за длинного щитового сарая выехали четверо всадников, все вооружены, оружие держат так, что нет сомнения — они умеют им пользоваться.
— Остановитесь! — мужчина в годах с обветренным лицом и повязкой на левом глазу выставил вперед левую ладонь, а правую опустил на рукоять револьвера в кобуре.
Трое других разъехались в стороны, преградив дорогу, оружие было наготове, но не наведено на цели. Один из парней держал короткий карабин на сгибе локтя, другой опустил ладонь на рукоять револьвера с длинным стволом, третий положил поперек седла охотничий дробовик.
— Кто вы и что ищете в нашем городке? — спокойным голосом поинтересовался одноглазый.
— Ищем ночлега и ужина, уважаемый, — Кинт медленно коснулся полей шляпы.
— Наемники?
— Возможно, станем ими, если найдем работу в этих землях.
— Вам придется сдать все огнестрельное оружие, ничего не пропадет, даю вам слово местного судьи. Соберетесь выезжать, обратитесь в контору, вас проводит кто-то из моих ребят и на границе вернет все в целостности.
— Сомнительное предложение, — наклонился Тилет к Кинту.
— Только огнестрельное? — уточнил Кинт у одноглазого.
— Да, ваши тесаки тут никого не удивят.
— Давай пистолет, и поезжай с Вонючкой, сними нам апартаменты, — Кинт медленно вытянул из чехла притороченного к седлу Тилета карабин и повесил на ремень себе за спину.
— Уверен? — прошептал Тилет.
— У нас дело, его надо закончить, кровавая баня в этой деревне нам ни к чему, — тихо сказал ему Кинт.
— Здесь такие порядки, уважаемые, — одноглазый тоже коснулся полей своего котелка.
— Как называется постоялый двор? — спросил Кинт у Вонючки, который уже сообразил, снял пояс с кобурой, и отвязал чехол с карабином от седла.
— «Утиное озеро».
— Ждите меня там, — Кинт забрал оружие и у него, — поезжайте.
Это действительно оказался небольшой приграничный городок. На вершине холма находился перекресток двух главных улиц, а на северном склоне домов оказалось гораздо больше, чем на южном, и они сплошь были каменными, хоть и не более двух этажей. Две главные улицы пересекались с тремя радиальными кругами улочек, вот собственно и вся транспортная сеть городка, были еще небольшие проулки и тупики, но они не в счет.
— Дорогое оружие, — заметил одноглазый судья, когда они наконец подъехали к коновязи у каменного одноэтажного здания городского суда.
— Недешевое, — согласился Кинт.
— Давно в наемниках?
— Достаточно давно, но в наших землях, такие как мы теперь неугодны властям.
— Власти Аканцев, — скривился одноглазый, — многие им сейчас неугодны, вот и уходят, кто к нам, на север, а кто в кочевничьи земли… Только не выйдет у них ничего с этой затеей с кочевниками, бесполезно кормить степняков жаренным мясом, они за столетия привыкли к падали!
— Наверное, вы правы, — Кинт участливо покивал и спешился.
Внутри помещения пахло сыростью и грязным исподним. Пара столов, простая мебель, несколько больших сундуков у одной стены, у другой, что напротив входной двери, на всю стену была большая клетка, за решеткой которой к крюкам в стене были прикованы несколько человек. Шестеро местных служителей закона, разного возраста и вероятно сословия, поприветствовали вошедшего судью, встав со своих мест и снова усевшись.
— Дэлай, — прими у наемника оружие по описи, они на ночлег, трое, с ними кочевник-проводник, похоже из рода Доту. Остановились в «Утином озере».
— Сейчас, судья Вирик, все сделаю, — высокий парень с близко посаженными глазами и худым бледным лицом взял со своего стола толстую тетрадь, указал на один из сундуков и обратился к Кинту, — выкладывай, что там у тебя.