- Следи за своей женщиной, полукровка, – со злостью прошипела Лайна. – Я бы справилась сама.
- Не сомневаюсь, – флегматично ответил Вереск, убирая меч в ножны.
- Нет, не справилась бы, и ты это знаешь, – сурово сказал Фар-Танис. – По возвращении в Зингар – десять дней отработки нападения сзади, без права участия в дозорах.
- За что?!!
- За то, что потеряла концентрацию. Позволила чувствам взять верх над инстинктами воина.
- Каким чувствам?!! – возмутилась Лайна, но взгляд, машинально брошенный в нашу сторону, ее выдал.
Джанис поспешно отпустил мою руку, и я только теперь осознала, с какой силой он сжимал ее все это время – начиная с той секунды, когда Вереск выхватил меч. К лицу молодого вампира постепенно возвращалась краска. Сомневаюсь, что причиной для такого волнения стало столкновение с прозрачным монстром.
Я усмехнулась. Хорошо быть бессмертным, хотя бы чисто теоретически. У этих двоих в запасе еще пара-тройка столетий, чтобы разобраться в своих чувствах друг к другу.
- Теперь с тобой, – Фар-Танис повернулся к Вереску. – Я давал команду обнажать меч?
- Нет.
- Возможно, там, во внешнем мире, у тебя есть основания считать себя сильным бойцом. Но здесь ты в статусе ученика. Еще один акт самодеятельности – и дальше ты идешь один. Это ясно?
- Да, el'tani*, – бесстрастно ответил Вереск.
note 1
Пока Фар– Танис устраивал разнос провинившимся, женщина-вампир вырезала из спины плоского монстра квадратный кусок размером примерно десять на десять сантиметров, аккуратно завернула его в тряпицу и уложила в рюкзак. Остальные терпеливо дождались, когда она закончит свои манипуляции, и только после этого двинулись дальше.
Еще час или около того мы шли без особых приключений. Вдруг Фар-Танис резко остановился, словно наткнулся на невидимую преграду. Ветви окружающих деревьев слегка задрожали. Вампир дернулся назад, пытаясь отпрыгнуть от преграды. Маневр не удался – правое колено намертво приклеилось к чему-то, похожему на… гигантскую паутину! Серебристые нити становились видны только при движении.
Джанис схватил меня за руку, увлекая назад и в сторону, в глубь леса. Краем глаза я заметила, что Женька и Вереск притаились за деревьями недалеко от нас.
Действие развивалось, учитывая завязку, вполне предсказуемо: откуда-то с деревьев на тропу опустился громадный, метра два в высоту, паук. Арахнофобия, до поры до времени мирно дремавшая в подсознании, пробудилась и потребовала немедленно линять отсюда как можно быстрее и как можно дальше. Я судорожно вцепилась обеими руками в Джаниса (кусочек разума, который не поддался панике, подсказывал, что мое поведение выглядит предельно глупо и смешно, но мне было не до того).
Вначале я инстинктивно зажмурилась, но потом заставила себя все-таки преодолеть отвращение и снова посмотреть на монстра: если он надумает двинуться в нашу сторону, мне лучше об этом знать заранее.
Фар– Танис пытался мечом разрубить паутину, но нити не поддавались. Паук неотвратимо приближался к нему, угрожающе прищелкивая жвалами.
Близнецы– вампиры зашли с двух сторон и почти синхронно выстрелили монстру в голову (вероятно, в глаза, но с моей позиции этого не было видно). Паук дернулся и слегка отступил назад, но тут же продолжил движение по прежней траектории. Лайна бросила в паутину какой-то мелкий предмет. В том месте, где он коснулся сети, нити стали плавиться, как подожженная спичкой леска. Дыра, постепенно расширяясь, наконец достигла колена Фар-Таниса, и освобожденный командир взмыл вверх. Жвалы паука скользнули по его ноге, вспоров пропитанную защитным составом ткань брюк. Монстр выпрямил ноги, приподнимая тело в попытке достать ускользнувшую жертву. В этот момент Фар-Танаэль стремительно пролетел под пауком, на ходу вонзил оба меча в брюхо по самую рукоять и вылетел с другой стороны. Монстр покачнулся и грузно осел на землю. Несколько секунд он рефлекторно подергивал лапами и, наконец, замер.
Фар– Танис медленно приземлился. Поморщился, наступив на раненую ногу. Женщина-вампир устремилась к нему, на ходу снимая рюкзак. Джанис высвободил руку из моей хватки и тоже вышел на тропу. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
Фар– Танаэль что-то сказал молодым вампирам, те подозвали Джаниса и все втроем попытались приподнять тушу паука. Получалось плохо. Только когда к ним присоединились Вереск с Женькой, дело пошло на лад. Фар-Танаэль вытащил из брюха монстра свои клинки, и парни опустили тяжелую тушу на место.
- Мне нужно жвало, – бросила женщина, не отрываясь от обработки раны.
Фар– Танаэль взмахом меча отрезал одно из жвал вместе с небольшим куском морды, аккуратно поднял, отнес женщине.
- Заверни, – коротко попросила она. – В рюкзаке лоскут.
Вампир замотал жвало в пропитанный чем-то кусок холстины, хотел положить обратно в рюкзак, но женщина жестом остановила его.
- Тебе нужно к Эль-Ристафалю, Тан, – сказала она командиру после того, как перевязка была закончена. – Отдай ему жвало, он сделает противоядие. Общего антидота надолго не хватит. Плохая рана.
- Я дойду. Здесь недалеко.
Женщина покачала головой:
- Еще обратная дорога. Хорошо, если за три часа обернемся.
Фар– Танис, не глядя сунул сверток со жвалом в свой рюкзак, натянул сапог, поднялся. Снова поморщился, наступив на больную ногу.
- Я дойду, – ровным тоном повторил он. – Идем.
Мы молча построились и двинулись дальше. Фар-Танис едва заметно прихрамывал, но не снижал темпа.
Тропа, по которой мы шли, становилась все уже. Если в начале путешествия наш отряд без труда умещался на ней, то теперь близнецы и обе женщины то и дело пропадали за деревьями или продирались через подлесок. Среди стройных корабельных сосен все чаще стали попадаться мрачные разлапистые ели. Зато комаров стало заметно меньше. Казалось бы, должно быть наоборот: чем глуше лес, тем больше в нем кровососущих насекомых. Но жужжание стало явственно тише, и я обратила внимание еще на одну странность этого леса: в нем не пели птицы. Нет, звуков было достаточно: какой-то непонятный клекот, треск и стук по дереву, утробные звуки, похожие на кваканье гигантской лягушки. Но вот птичьих трелей, которые обычно наполняют лес после восхода солнца, не было совсем. Почему-то это – банальное, в общем-то, – открытие напугало меня.
Мгновенная вспышка страха – и спина покрылась холодным потом. Со страхом пришло ощущение, что мы идем
не туда
. Надо забрать левее. Намного левее.
Ощущение ушло так же внезапно, как и появилось, оставив тягостное послевкусие
неправильности
.
Но я ничего не сказала. Я ведь обещала не раскрывать рта без крайней необходимости. Фар-Таниса, превозмогая боль в воспаленной ноге, упрямо шел вперед, и у меня язык не поворачивался сказать этому мужчине: знаете, а ведь мы идем не туда. Кроме того, я ведь и сама была в этом не уверена.
Осталось недалеко. Придем на место – там посмотрим.
Командир остановился так неожиданно, что у меня мелькнула паническая мысль, не наткнулся ли он снова на паутину или чего похуже. Но он обернулся и, ни к кому особо не обращаясь, сказал: