"Я тебе уже лет десять это твержу, – устало напомнил Умник. – Безнадежно."
***
Снилась мне всякая ерунда.
Сначала снился Андрей. Он стоял на коленях и со слезами на глазах умолял не уходить в виртуальность насовсем – ведь тогда наш сын, которого он носит под сердцем, останется без матери. Это было так нелепо, что я даже во сне не удержалась от смеха.
Потом снились самолетики – целая эскадрилья маленьких вертких тварей. Я улепетывала от них, размахивая широкими кожистыми крыльями и иногда поводя хвостом из стороны в сторону. От этого движения некоторые особо наглые тварюги, подлетевшие слишком близко, падали вниз в крутом пике.
Под утро приснился полуэльф. Он посмотрел на меня пронзительно-синими глазами и произнес короткую фразу на эльфийском. Я поняла только одно слово: "el liri" – "моя госпожа". Эльфы обычно употребляют его в прямом смысле – как обращение к правительнице. Люди – как обращение к любимой… Лица полуэльфа я, конечно, опять не запомнила.
Пробуждение было радостным. Синеглазый бард был ни при чем –что-то очень хорошее случилось вчера… Ах да! Мы же помирились с Костей! Я невольно улыбнулась, вспоминая, как это произошло.
Когда Костя в очередной раз рыкнул, уже начиная раздражаться: "Дубровская, ну хватит тормозить. Мне нет дела до твоего целлюлита!", я не выдержала и съездила ему по физиономии. Два раза.
- Один – за намек на мой целлюлит, которого у меня, кстати, почти нет. Второй – за то, что тебе нет до него дела, – пояснила я ошеломленному парню.
- Юлька, ты точно ненормальная, – сообщил Костя, перехватывая мою руку, занесенную для третьего – профилактического – удара. Его лицо странно перекосилось, словно он никак не мог решить, сердиться ему или смеяться.
- Ага, – с удовольствием подтвердила я. – Только не говори, что ты не знал этого раньше.
Он все– таки рассмеялся.
Я осторожно приоткрыла один глаз, убедилась, что солнце уже высоко поднялось над крышами домов, и снова закрыла. Вставать не хотелось.
Подушка едва заметно пахла лавандой. Солнечные лучи приятно щекотали веки, заставляя меня блаженно щуриться. Внешний мир напоминал о себе цоканьем копыт по мостовой, криками торговцев, шумом толпы, но даже этот шум был уютным и как будто ненастоящим. Я повернулась на другой бок и поплотнее закуталась в одеяло. Пожалуй, я готова пролежать так до вечера, особенно, если мне принесут завтрак в постель.
"Признайся, ты просто боишься спуститься вниз и узнать, что этим двум сыщикам удалось выяснить за ночь," – подначил внутренний голос.
"Боюсь, – не стала спорить я. – А ты, можно подумать, не боишься. Ведь это и твое тело тоже. Или ты точно знаешь, что они там обнаружат?"
Невидимый собеседник ответил не сразу: "Я тоже боюсь. Но эта информация нам нужна, чтобы двигаться дальше. А пока ты валяешься в постели, у нас нет никаких шансов ее получить."
Я нехотя откинула одеяло и спустила ноги с кровати. Пожалуй, он прав. Нас ждут великие дела. И не забыть бы спросить у белль Канто про этого полуэльфа…
Обоих приятелей я обнаружила в столовой – они задумчиво пили кофе. При моем появлении Женя оживился и галантно отодвинул соседний стул, приглашая присоединиться к компании.
- Доброе утро, Юля. Как спалось?
- Превосходно, – честно ответила я. – Давно мне не удавалось так выспаться.
Костя поприветствовал меня кивком головы и теплой, но рассеянной улыбкой.
Вышколенный Костин дворецкий вошел почти моментально вслед за мной и замер, ожидая распоряжений. Поскольку Костя на его появление никак не отреагировал, продолжая витать в своих мыслях, функции хозяина взял на себя Женя:
- Рами, распорядись, пожалуйста, чтобы подали завтрак для госпожи Юлии, кофе с лимоном для меня и… Костя? – доктор едва заметно мотнул головой, и Женя подвел итог, – Пока все.
Рами согнулся в почтительном поклоне и удалился.
- Рассказывайте, – потребовала я, когда дверь за дворецким закрылась.
Женя сверкнул белоснежной улыбкой:
- У нас для тебя две новости, как водится, плохая и хорошая. С какой начинать?
- На твой вкус.
- Ладно, начну с хорошей. Трупа нет. – Женя заметил, как болезненно скривился Костя при слове "труп" и поспешно поправился: – Я хочу сказать, что тело – в каком бы состоянии оно ни было – мы так и не нашли. Костя обзвонил больницы и морги, я проверил по своим каналам – глухо. Никого, похожего по описанию на тебя, не поступало.
- Потрясающе, – я не смогла удержаться от сарказма. – Королева в восхищении. Если это хорошая новость, то боюсь даже представить, какая плохая.
- Глупая Юлька, – Костя вынырнул из своих раздумий и посмотрел на меня с легкой укоризной, как на расшалившегося карапуза. – Отсутствие мертвого тела оставляет надежду на то, что ты еще жива.
- Вот спасибо! – возмутилась я. – Учитывая, в какой аварии это тело побывало, вряд ли оно сейчас представляет из себя что-то приличное. А плавать в колбе с физраствором в лабораториях Корпорации мне что-то совсем не улыбается. Лучше сразу сдохнуть.
- Юля, не начинай! – брови моего друга опасно сдвинулись на переносице, и я поспешила перевести разговор на другую тему:
- Так что там за плохая новость?
- Собственно, ты ее уже озвучила, – снова вступил в разговор Женя. – Я проверил новостные сводки и кое-какие закрытые каналы – действительно, все произошло в точности так, как ты описывала. Это подтверждает и водитель фуры – я ознакомился с протоколом допроса. Так вот, самое скверное, что, по мнению экспертов, при таком развитии событий водитель легкового автомобиля должен был получить повреждения, несовместимые с жизнью. Хоть я и не любитель очевидных выводов, но очень похоже, что кто-то поддерживает твой мозг в жизнеспособном состоянии. Только вот вопрос в том – кто и с какой целью. Следов Корпорации пока не видно, хотя это не доказательство того, что она тут ни при чем… – Женька задумчиво взъерошил волосы. – Прямо детектив какой-то. "Голова профессора Доуэля".
Нестерпимо захотелось взвыть от отчаянья и постучаться лбом об стол. Но я подавила бунт в зародыше и заставила себя улыбнуться – лукаво и дерзко:
- Бери круче: "Голова профессора Доуэля наносит ответный удар".
Мы с Женькой посмотрели друг на друга и неожиданно расхохотались. Не знаю, что смешного нашел в моих словах весельчак белль Канто – возможно, его позабавила моя неуклюжая бравада. Мне же просто необходимо было выплеснуть эмоции, и я предпочла сделать это в смехе, а не в рыдании.
Костя сочувственно покачал головой – слишком хорошо меня знал, чтобы не распознать в хохоте истерические нотки – но даже он не смог сдержать улыбки, глядя на двух гогочущих придурков.
- Да у вас тут, я смотрю, веселье в самом разгаре, – насмешливо произнес мелодичный, превосходно поставленный голос. – Как я удачно зашел.
Мы обернулись. В дверном проеме, опираясь плечом о косяк, стоял полуэльф. В первое мгновение мне стало жарко – показалось, что этот тот самый синеглазый менестрель, с которого начались мои приключения. Потом пригляделась – нет, глаза у него были вполне человеческие, серые. А ведь цвет радужки для носителя эльфийской крови – это больше, чем просто деталь внешности: он указывает на наличие или отсутствие магического Дара.