Не видя смысла продолжать спор с таким человеком, Ларкс резко скинул руку Жреца со своего плеча и молча отошел в сторону.
–– Остался еще один вопрос, – напомнил Руперт.
–– Чего же я добиваюсь… – задумчиво повторил вопрос Уайлз Моррен, отводя взгляд на безжизненные пейзажи города за окном. – Это я собирался рассказать и сам, не зря же я собрал вас здесь. Но таков был твой собственный выбор, Руперт. На самом деле ты меня немного даже разочаровал… Я даю тебе шанс оставить твоих людей в живых, с надеждой на светлое будущее под лучами солнца Одаренных. Приведи ко мне всех, убеди их что это единственный и лучший вариант. Полицейские не дадут вам спуску, особенно после твоего побега, а значит захотят еще сильнее отомстить. Наверняка по тоннелям уже ходят очередные отряды. Вот мои требования. Альтернативой будет обычная, неблагородная смерть для всех. Мне не составит труда добраться до твоей группы.
В глазах Руперта и Ларкса отразилась паника после услышанных слов. Сдерживать чувства более не было возможным. Все тело тряслось от шока, к горлу подступал противный давящий комок, спина обливалась холодным потом. Вариантов не было, оставалось только играть по его правилам.
Рассказывая перед рассветом о своих планах и делясь видением жизни, ему удалось, как ему казалось, полностью завлечь Амелию на свою сторону. Она внимала каждому его слову, лишь изредка позволяя себе его перебить. Уайлз без устали, фанатично рассказывал о своем последнем периоде жизни, вдаваясь в самые мерзкие и грязные подробности своих опытов и открытий.
По окончанию истории, он перешел из статуса пленника в желанного в этом месте гостя. Боевому товарищу Амелии совершенно не нравилось ее нынешнее поведение. Как мог он высказывал свое недовольство и то и дело норовился врезать, а то и вовсе прикончить наглого сукиного сына. Амелия же была непреклонна в своих новых убеждениях и в конце концов, спустя несколько дней, вышвырнула на улицу своего прежнего напарника, пригрозив тому не возвращаться, если хочет остаться цел.
Дни шли один за другим, ночи стали более продуктивным и Уайлзу приходилось затрачивать вдвое меньше сил и не беспокоиться о безопасном месте под утро.
Во время ночных вылазок Амелия то и дело, как бы между прочим, украдкой позволяла себе дотронуться до руки Уайлза или проявить другие тактильные контакты во время похищения очередного заблудшего человека. Общение давалось им очень легко, словно они дружили еще с самого детства. Они продолжали быть сами собой, а Уайлз продолжал двигаться к своей заветной цели.
Однажды, возвращаясь с очередного ночного похода, Амелия внезапно остановилась. Уайлз остановился чуть поодаль и вопросительно посмотрел на нее. Оглянувшись по сторонам, она подошла к нему, протянув руки.
–– Возьми меня, – сказала она.
–– Не здесь. Слишком людное место после восхода солнца, – испугался Уайлз.
–– Где хочешь. Забери и отведи меня куда угодно, – говорила она, обнимая за шею и прижимаясь к нему. – Прямо сейчас. Не теряй времени.
Он не стал терять времени.
Взяв ее на руки, он отнес ее подальше от мерзких и зловонных улиц, в место чуть более привлекательное и безлюдное.
–– О боже, – сказала она, когда он положил ее на холодный матрас. Потом она тихо застонала.
Ее ловкие холодные руки начали его ласкать. В зеленых глазах разгорался огонь, и прикосновение ее пальцев приносило ни с чем не сравнимое наслаждение. Тела двигались в унисон, точно один отлаженный до блеска механизм. Чувства переполняли обоих, казалось, каждая частичка их естества возрождается и начинает жить по-новому.
–– Ох, – прошептала она.
–– Больно?
–– Нет! Не останавливайся!
Он крепко прижал ее к себе.
–– Я и не собирался.
Она вся дрожала, ее тело извивалось под ним, он ощущал ее теплое учащенное дыхание у себя на затылке.
–– О-о-ох! – раздался ее стон.
Вскоре наступила долгожданная тишина.
Еще некоторое время они так и продолжали молча лежать рядом. Вдруг Амелия резко вскочила, точно ведомая некоей неизвестной силой. У него возникла ассоциация, будто ее неожиданно ударило током. Обнаженное тело прошло мимо Уайлза, который без особой спешки мог вдоволь оценить ее изысканную фигуру.
–– Все в порядке?
–– Да, – сказала она. – Все просто замечательно, Уайлз. Да!