— Здравствуйте, Екатерина, — улыбается Михаил и галантно касается губами её руки.
— Оч-чень прият-тно познакомиться, — лепечет девушка.
— Этот великий кулинар, мастер своего дела прибыл к нам из Новосибирска и благодаря нашему пиар-агенству будет открывать ресторан в Москве, — продолжает Виноградова.
Катя нервно сглатывает и всё же выдавливает из себя что-то на подобие улыбки. Не хочется подводить Юлиану и срывать деловую встречу.
Обед проходит на редкость оживлённо. Михаил много рассказывает о своей работе и, как может, развлекает девушек. Юлиана заливисто смеётся над его шутками, но в то же время внимательно следит за состоянием девушки. И от её зоркого глаза не ускользает, что она явно приглянулась их незадачливому гостю.
— Катюш, что с тобой сегодня? — тихо спрашивает пиар-менеджер, когда Михаил покидает их скромное общество. — Всё утро сидишь какая-то грустная.
— Ничего страшного, просто… — замолкает Катя, не в силах продолжить фразу.
— Опять все мысли об Андрее? — догадывается Виноградова и попадает в яблочко.
Глупо было рассчитывать, что Юлиана ничего не заметит. Но ещё глупее было думать, что она наконец-то излечилась от этого съедающего нутро чувства.
— Послушай, Катенька, опытную женщину, три раза побывавшую замужем, — вздыхает Виноградова, видя поникшее лицо помощницы. — Мыслями о прошлом ты никак себе не поможешь. Жданов предал тебя, так же, как предавал свою невесту, только немного в другой форме. Так зачем же думать о нём? Его следует вычеркнуть из жизни раз и навсегда.
— Я всё понимаю, но не могу, — глухо произносит Катя, вставая из-за стола. — Простите, но я хочу побыть одна.
Она выбегает на улицу, вдыхая чистый морской воздух. В какой-то степени море стало для неё спасением. В первые дни, проведённые в Египте, она без устали смотрела как лёгкие волны колышутся при солнечном свете. Это казалось чем-то магнетическим, тем, что наполняло и опустошало одновременно.
Утверждение, что она совершенно не думала об Андрее, было бы враньём. Она думала о нём днём и ночью… и отчаянно пыталась забыть. Но этого не происходило, а дыра в сердце разрасталась ещё больше.
Прокручивая в памяти ту злосчастную инструкцию, которую она уже успела выучить наизусть, Катя старалась вызвать в себе хоть капельку злости, ненависти, чтобы затмить этими справедливыми ипостасями души такое светлое, пламенное чувство как любовь. Но вместо этого она снова и снова оправдывала Андрея, находя в его словах и поступках какую-то искренность.
Ведь не может человек так искусно притворяться! Ну просто не может!
Она вновь вспоминала его прикосновения, объятия, поцелуи, и её сердце стучало в бешенном ритме. Господи, да разве можно так играть, пусть, даже на благо компании? Разве можно изображать нежность в глазах и чувственность в каждом касании? Ответов на эти вопросы Катя не находила.
Она возвращается в номер отеля только ближе к полуночи, когда все люди с пляжа давным-давно ушли, а на побережье зажглись фонари. Мысленно меняет часовой пояс на Московский и понимает, что в её родном городе сейчас первый час ночи, а значит, родители уже спят. Нечеловеческое отчаяние, накатывающее на неё после наступления сумерек, вступает в свои права.
Внезапно пиликает телефон, оповещая о входящем сообщении.
«Я не могу без тебя, Катя» — читает девушка, видя на экране мобильника до боли знакомые цифры.
А руки сами, против воли, набирают ответ:
«Я тоже».
Глава 3. Андрей
«Просто скажи, что тоже
Жить без меня не можешь —
Я этот день благословлю!»
(с) «Просто скажи», Ани Лорак
Лучи зимнего утреннего солнца нещадно бьют в окно, и Андрей нехотя поднимается с кровати. Он совершенно забыл вчера вечером задвинуть шторы. Хотя какое это уже имеет значение?
Стакан воды и контрастный душ помогают взбодриться. Ему паршиво, и от этого не спрятаться, не скрыться. Он на всякий случай проверяет телефон и внезапно, как ошпаренный, застывает на месте.