Он уже наверное минут двадцать или больше пытается ко мне залезть. Прыгая на дерево, но никак не может залезть. Надеюсь, он скоро уйдёт отсюда к своей стае, и мне удастся слезть с дерева.
— Кыш отсюда, зверье. Я невкусная, во мне только кости и кожа, и вообще я ядовитая, поищи кого-нибудь другого себе на обед, — кричала ему, но волку было безразлично на мои крики, хотя у меня уже голос срывался
“Может, чего у меня в сумке есть?” — открыв сумку и посмотрела, что у меня есть. Так, кусок мяса ему кинуть или бутерброд? Поди, и отстанет от меня.
— Вот на, кушай и уходи, — скинув небольшой кусок мяса зверю, понадеялась на свою удачу.
Он подобрал еду и убежал от меня. Я смогла вздохнуть с облегчением, но продолжала сидеть на дереве. Нужно переждать здесь несколько минут и спускаться, чтобы точно убедиться, что он не вернется ко мне. Надо ещё корзинку найти с грибами.
Как мне отсюда слезть? Посмотрев вниз, у меня начала слегка кружиться голова. Теперь я застряла на дереве и сижу, как истукан, не знаю, что делать. До сих пор дрожь по всему телу проходила от голодного и ледяного взгляда.
Спустившись с дерева, цепляясь за ветки руками, мне пришлось вернуться за корзиной. Я побрела обратно, ища дорогу, где могла бросить грибы.
Грибы были разбросаны по земле, и мне пришлось их собирать. Ещё раз огляделась вокруг и удостоверилась, что никого нету, и мне можно спокойно переодеться в другую одежду. Мне было стыдно стоять посреди леса и переодеваться, даже с мыслью о том, что “меня никто не может увидеть”.
Всё-таки волк успел меня цапнуть- след от зубов остался у меня на ноге. Порвав слегка свои штаны., перевязала рану и приложила трав, что находились рядом.
Нет бы другую ногу цапнуть, а ту, что подвернула утром, надо было же!
У меня было ощущение, что кто-то за мной следит, но никого рядом не было. Только кто за мной может следить в глухом лесу, кроме Чарльза? Вот только парень находился в другой части леса. Штаны убрала в сумку, взяла корзинку и пошла побыстрее от этого места. Не очень хочу снова встречаться с этим зубастым хищником.
Не спеша вернулась обратно на поляну. Волк за мной не следовал, и я была предельно осторожна, возвращаясь обратно. Порой оглядываясь назад посмотреть, не затаился ли где он.
Достав мазь из сумки, намазала ею все свои царапины, чтобы Чарльз не заметил ничего, а то опять будет за меня волноваться или того хуже — ругать, что я опять куда-то влипла. Они довольно быстро прошли, и их нельзя было уже заметить.
Всё-таки хорошую мазь готовит баба Мария и не поспоришь, наша лучшая лекарка и травница в городе.
— Кэтрин, что случилось? Ты в порядке? — тень беспокойства мелькнула на лице моего друга.
— Всё хорошо. Просто от волка убегала, вроде оторвалась.
Он подошёл и крепко обнял меня, корзина с грибами выпала у меня из рук. Для меня это стало неожиданностью, но он пытался меня успокоить. Я видела небольшое беспокойство в глазах, которое превратилось в облегчение, когда он меня начал сжимать очень сильно, что я думала, ребра мне все сломает.
— Ой, ты корзину уронила, сейчас соберу грибы и думаю, мы можем идти отсюда. Чарльз наклонился и начал обратно собирать грибы в корзинку. Сложив все грибы и ягоды мы вместе собирались возвращаться обратно домой, но тут случилась неожиданность.
Перед нами возникла девушка из какого-то портала, израненая, но тут же её образ поменялся, раны словно испарились. У неё были светлые длинные волосы до бедер, одежда - юбка и кофта.
Ничего в ней не было необычного, но что-то мне подсказывало - ей нужно помочь, и с этим желанием я не смогла совладать.
Она открыла глаза и было попыталась что-то произнести, но у нее ничего не вышло, и после этого она сразу упала и отключилась.
Выронив корзину из рук снова на землю, хотела подойти к девушке, но меня остановил Чарльз.
— Стой! — он выставил руку перед мной, и я оцепенела на мгновение.
— Вдруг ей нужна наша помощь? Она же может здесь умереть среди леса, её же попросту съедят волки или другие хищники, — думаю его мои доводы не очень убедили.
Я понимала, что она чужачка, и ей не стоит помогать, только вот тело мне не подчинялось, а мозг не хотел слушать собственную хозяйку.
Что-то внутри меня говорило - помоги ей! Я пыталась сопротивляться этому голосу и желанию, но с каждой секундой становилось всё труднее и труднее. Голос становился громче, тело не подчинялось и, казалось, жило своей жизнью.
— Ты не подумала, что она может быть приспешницей королевы? Тогда мы можем навредить жителям и себе.
Он не понимал, что со мной творится! Было ощущение, что моим телом кто-то завладел.