– А можно стать чем-то большим, чем червь? – спросила Софья.
– Можно. Но для этого нужно уничтожить свою тленную оболочку и дождаться, когда кто-нибудь освободит твою душу, – ответил демон.
– Как же колдун поймал тебя? – спросила Софья.
– Очень грустная, но поучительная история. Самое смешное, что на тот момент я умел управлять людьми, гипнотизировать и усыплять, но тогда… Тогда я оказался совершенно беспомощен. – Эш улыбнулся.
– Расскажешь? – вернулась к началу беседы Софья
– Я родился с усохшей рукой, и проплешинами на голове, вот не росли там волосы. Мама отнесла меня к колдуну и забыла о моем существовании. Я возвращался домой, но она меня вычеркнула из своей реальности. В пятнадцать лет я влюбился в девушку, она приходила к магу, за травами для матери. Когда я признался ей в своих чувствах и сказал, что могу исцелить ее маму, она посмеялась надо мной. Более того, доложила колдуну все мои тексты. А мне бросила, чтобы я вылечил себя сам. И тогда колдун начал готовить из меня убийцу. Решив, что я дозрел до мести всеми миру.
– Ты вылечил себя? – спросила Софья.
– Да я вылечил и изменил себя, но та женщина все равно не удостоила меня любви. А колдун замер за спиной и подталкивал совершить убийство. Первое заветное, после него твоя душа навсегда теряет возможность остаться в тонком мире. Это долгая история и неинтересная. Колдун искал способ закрепостить меня, а я искал способ уйти. Так мы и брели разными дорогами.
Поначалу, когда ты ничего не знаешь о своих способностях, они постепенно раскрываются сами собой. Я не знал, что родился волшебником… Я просто заметил за собой некоторые странности, угадывал если хорошо задумывался, масть карты, повернутой ко мне рубашкой. Ты на своей шкуре прошла жизнь в неординарной оболочке. Колдун заставил меня признаться в моих способностях, надо отдать ему должное он хорошо подучил меня. Я жалею, что не промолчал тогда, но что сделано, то не отменить.
– Что случилось потом? – уточнила Софья
– Та женщина оставалась самой прекрасной и лучшей на земле. Ее единственный недостаток заключался в том, что она не любила меня. И я решился попробовать – внушить, поработить, заставить. И неожиданно натолкнулся на странный эффект. Заставить полюбить невозможно. Благодаря своей одержимости я научился читать мысли. Это все было случайно и мотивировано только одной единственной вещью, моим страхом, слабого и не способного по-другому защитить себя человека, – продолжил он.
– Я сама теперь знаю, что заставить полюбить нельзя, – согласилась с демоном Софья.
– Чтобы я не делал и не говорил в ее мыслях неизменно надежно поселился другой мужчина, и мои ухаживания вызывали отвращение. Но я совершенствовался и постепенно принял, что я маг. Волшебник. Колдун. Демон… недочеловек, а может и сверхчеловек… смотря как отнестись к этому, – рассказывал он о своем пути.
– А когда ты стал демоном, твоя любовь и вообще чувства как-то изменились? – поинтересовалась женщина.
– Я вообще не изменился. Изменилось отношение ко мне. Перестали отвергать и насмехаться, зато начали бояться. Но, по сути, я оставался изгоем. А потом совершил самую большую глупость. Добившись совершенства в оккультных практиках, я решил выступить против колдуна своего учителя. Этого никогда не стоит делать. Никакой учитель не отдаст тебе всех знаний. Ни за что. Тем более тех, которые позволят его убить или победить. Но я принял в душе свою непобедимость. А колдун предложил мне убить одного человека. И я не смог. Есть люди, в природе которых не заложено убивать. Я оказался таким. Но колдун мне такого не сказал. А оставленный мной в живых человек вернулся к колдуну, и они меня приговорили. Я понял их замысел и успел бросить заклинание.
– Это слово было: «Ворон», – перебила Софья Эша.
– Да. Смешное нелепое заклинание, я иногда обращался в ворона. Мне нравился полет, я не думал, что оно сработает, не надеялся, что успею. Все получилось и вот так я и ношусь в сумеречном мире чуть больше трехсот лет, – Эш почти окончил свой рассказ.
– И ты услышал, мою детскую молитву? – спросила Софья.
– Сидел на ветке в парке и слушал как бьется твоя душа в клетке из уродливого тела. И обидчиков твоих видел и читал в твоей душе желание убить, а главное ты была готова убивать, я никого не жалел из людей, но что-то в твоей молитве заставило меня пересмотреть свое отношение к людям, я почувствовал, что люблю тебя. Мне хотелось тебя остановить, предупредить, чтобы ты не совершила ошибку, о которой будешь жалеть всю жизнь, а тела у меня нет, как тебя остановить? И вот я демон, оказался бессильным. Уверенности, увидишь ли ты меня не было. Но ты увидела, наверно и ты и я дошли тогда до последней точки, когда становишься на грань и видишь сразу два мира, – признался демон.