— Я ничего не слышу, — прошептала я.
Вдалеке вновь раздались выстрелы, и где-то этажом выше послышался детский плач. Кто-то из толпы закричал имя Маши, где-то завыла сирена скорой помощи.
— Что происходит? — к нам вышла мама, явно сильно обеспокоенная.
— Наверное, из-за этого корабля, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Ты лучше побудь с Никитой, чтобы он не испугался.
Мама, заметив автобус и военных, мгновенно вернулась в номер, потому что Никита уже бежал к нам с испуганным выражением на лице.
Сестра закрыла дверь, и я заметила, что она тоже не на шутку взволнована. Я сама начала чувствовать, как меня слегка трясёт от страха. Сотрудники отеля бросали на нас взгляды, и почти все отдыхающие в отеле с тревогой и недоумением наблюдали за происходящим на улице.
— Я тебе говорю, кто-то стреляет. Это автоматные очереди, — раздался голос мужчины, стоящего на балконе чуть выше и левее нас. Он говорил по телефону. — Сейчас все закроют и хана отпуску. Надо было в Турцию лететь…
Мы с сестрой обменялись тревожными взглядами. Военный, стоявший возле нашего отеля, внезапно вернулся к автобусу, что-то сказал водителю, и тот, послушно кивнув, немного проехал вперед, предоставляя возможность еще двум автобусам проехать по дороге к следующему отелю. Пик волнения наступил, когда раздался звук сирены. Этот звук невозможно описать словами — он проникает в самую душу, неся мощную энергетическую волну, которая врывается в уши и заставляет сердце колотиться в груди, а дыхание замирать.
— Кира, что происходит? — крикнула мама из комнаты.
— Ба, почему сирена работает? — послышался голос Никиты.
— Это просто проверка системы оповещения, — ответила я, входя в комнату. — Я пойду вниз спрошу, зачем автобусы приехали.
Кира тоже вошла в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Сирена стала тише, но всё ещё нагнетала обстановку.
Я быстро вышла за дверь, прошла по коридору, спустилась вниз по лестнице. В холле царила пустота, но на улице уже собралось множество людей. Среди них были продавцы из местных кафе, наши соседи, военные, сотрудники отеля и ещё несколько человек. Я открыла стеклянную дверь в тот самый момент, когда к нам подошли ещё военные. Один из них, высокий и с серьёзным выражением лица, начал говорить, привлекая внимание всех присутствующих.
— Значит так, слушаем внимательно, спокойно и без паники, — произнес он, его голос был строгим и уверенным. — Сейчас сотрудники отелей быстро пройдут по номерам и оповестят всех гостей о том, что их отпуск закончился. Всем в приказном порядке велеть собрать свои вещи и без спешки подойти к автобусам. Всем всё ясно? — Он осмотрел молчаливые лица людей. Тогда он повторил значительно повысив голос: — Все спокойно собирают вещи и выходят на улицу! В автобусах есть места для всех!
Мне не требовалось повторять трижды, поэтому, не теряя ни минуты, я покинула толпу, которая ожила от оцепенения и начала засыпать военных вопросами. Быстро поднявшись по лестнице, я пробежала по коридору и вошла в комнату, где меня встретила мама с тревожным выражением на лице. Никита обнимал Киру, сидя на кровати.
— Всем сказано собрать вещи и сесть в автобус. Давайте поторопимся, чтобы занять хорошие места, — стараясь говорить как можно спокойнее, произнесла я.
Никита, услышав меня, сразу же взялся за дело и начал собирать свои вещи. Мама села на кровать рядом с Кирой, и я почувствовала на себе их взгляды.
— Я не шучу, отпуск закончился, — произнесла я сдержанно, чтобы не выдать своего внутреннего волнения. — Всё станет ясно в дороге, — добавила я.
— Ничего не поняла, — произнесла мама. — Хотя бы что-то объяснили?
— Да, особо ничего не сказали, просто попросили не паниковать, — ответила я. Я бросала взгляды на Киру, надеясь найти в ней поддержку.
— Ну что ж, раз так сказали, значит, надо собираться, — бодро произнесла Кира. — Давайте быстренько соберем вещи, — добавила она, вставая с кровати и принимаясь собирать свои вещи. Мама, немного пришедшая в себя, тоже взялась за сумку, а Никита, с важным видом, ходил по комнате, помогая всем нам. Я облегченно выдохнула, мысленно поблагодарив Киру за её сообразительность.
Когда мы вышли к автобусу, то оказались одними из первых, кто готов был занять места. На улице разгорелся жуткий скандал: не все туристы были согласны прерывать свой отпуск и начали требовать объяснений.