Керр прошел регистрацию и вернулся к нам, чтобы попрощаться. Мы за это время успели выпить кофе тут же, в зале ожидания, и даже съесть по булочке. Я буквально запихнула в себя свою любимую ватрушку с вишней. Она показалась мне безвкусной из-за переживаний. А может, и была такой.
— Мне пора.
Корт кивнул, не отпуская моей руки.
— Как прилетишь, позвони. Контакты куратора у тебя есть, но если что-то понадобится от меня — рад помочь.
Керр обменялся парой ничего не значащих любезностей к вампиром и повернулся ко мне. Опустил взгляд на руку Корта, которой тот вцепился в мою, посмотрел на ангела.
— Корт, разреши нам минутку.
— Ты уверен? — Голос Уз’кула звучал напряженно, и я не выдержала.
Повернувшись к вампиру, я уставилась на него злым взглядом.
— Слушай, я не собираюсь его кусать или заставлять петь песни. Я же сказала, что это вышло случайно. Я была на эмоциях!
Корт сжал мою руку, напоминая, что мы не одни, и вокруг люди. Я огляделась. Несколько человек встретились со мной взглядом, другим же, казалось, было все равно.
— Корт, все нормально, — сказал Керр. — Я не думаю, что это повторится.
Ангел повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. То, что он увидел там, его успокоило — наверняка успокоило, потому что он отпустил меня и кивнул, давая разрешение отойти.
— Только недалеко. И недолго.
Я и Керр отошли к окну. Народу в здании было полно, но здесь хотя бы не приходилось каждые пару минут уступать кому-то дорогу.
Синие сумерки превратили окна в зеркала. Керр помолчал немного, глядя на свое отражение, потом заговорил.
— Я хочу, чтобы ты знала, что отныне я тебя не держу. — Он жестом попросил меня выслушать, когда я открыла рот, чтобы заговорить. — Времетрясения идут не год и не два. Они длятся тысячи лет. Нет никакой гарантии, что это для моего воплощения было последним. В следующее мгновение я могу стать восьмидесятилетним стариком. Я не хочу, чтобы ты была со мной из-за чувства долга. И я не поверю, если ты скажешь, что и таким будешь меня любить.
Я ждала чего угодно: ненависти, презрения, упреков, но только не этого. Только не агапе — жертвы во имя любви. Думала, что он бросает меня из-за того, что я сделала. Из-за того, что я — демон в человеческом обличье, а он ведь так сильно ненавидит демонов.
Я внимательно посмотрела на Керра. Губы крепко сжаты, глаза полны решимости.
— Я не могу отказаться от тебя, — сказала я. — И не верю, что ты говоришь это всерьез. Корт сказал, он найдет твое воплощение…
— Если бы это было так легко, воплощения не дохли бы пачками из-за сотрясений времени, — сказал он жестко. — Вселенная огромна. Почти бесконечна. Найти в ней отдельно взятую душу так же тяжело, как найти иголку в стоге сена. Я предпочитаю сжечь мосты сразу. Говорю тебе, как есть, Стил. И решения не изменю.
— То есть, ты вот так просто сдаешься?
Он не мог так поступить. Еще пару месяцев назад мы строили планы. Я сказала ему, что стану его женой. Он целовал меня не так, как целует человек, решивший отказаться от своей любви.
— Ты знаешь, что такое «времетрясение». — Дождавшись моего кивка, он продолжил: — Я не просто физически постарею, Стил. Я и разумом стану старик. И я не хочу тебя к себе привязывать.
Он вдруг ухмыльнулся злой пронзительной ухмылкой.
— Да и Лакс скоро вернется. Ты не будешь скучать без меня, уверен.
Кровь отлила от моего лица.
— Так вот как ты это воспринимаешь. Ясно, Керр. Все ясно. — Я буквально выдавливала из себя слова. — Только вот одна мелочь. Вместе с Лаксом прибудет демон. Я могу присоединиться к пачке сдохших воплощений даже раньше тебя.
— Да мы просто идеальная пара, — сказал он.
Я отвернулась и посмотрела в темное окно. Блестящие глаза, всклокоченные волосы, сжатые в кулаки руки. Неужели это я — женщина, которая восемь лет назад цеплялась за Керра, спасаясь от кошмаров? Я посмотрела на его отражение. Приподнятые в ухмылке краешки губ, тусклый взгляд, морщины в уголках глаз. Неужели это он — мужчина, который говорил мне о любви и называл единственной?
Что с нами стало?
— Да, — сказала я ровным тоном. — Идеальная.
Я посмотрела на Керра, ощущая, как ярость уходит, оставляя после себя пустоту. Бороться было бесполезно, я знала его тон, и очень хорошо. Он уже принял решение. За нас двоих. И вряд ли его изменит за те пару минут, что у нас остались.
— Хорошо, Керр. Я приняла твою точку зрения. И я не буду говорить тебе, что стану ждать, верить и любить.
Он сделал ко мне шаг, наклонился, и на мгновение я решила, что он хочет меня поцеловать. Но нет. Склонившись ко мне, Керр прошептал мне в самое ухо всего три слова.
— Я не сомневался.
Он отсалютовал мне земным жестом и, махнув ангелу и вампиру рукой на прощание, ушел на посадку. Я вернулась к Уз’кулу и Корту, и даже смогла изобразить спокойствие, которого не ощущала.
— Нам пора. Мне завтра на тренировку.
Вместе мы вышли из здания и направились к машине. Корт поглядывал на меня, но вопросов не задавал. Меня же трясло от последних слов Керра, от инвазии, которую я на него наложила и от странного, но почти неконтролируемого желания завопить и разбить что-нибудь, желательно об чью-нибудь голову.
Я едва сдерживалась.
— Я не буду докладывать в Совет об использовании инвазии воли за пределами полигона, — сказал Корт мне уже по пути домой. — Уз’кул тоже не станет.
— Я не говорил этого, — сказал вампир. — По протоколу я обязан…
— Мы не будем докладывать, — повторил ангел, глядя вперед, на дорогу. — Это только все усложнит. Затеется проверка, расследование — а времени у нас вообще нет. Только постарайся больше так не делать, Стил. Здесь слишком много тех, кто следит и знает. И речь не о нас и не о вампирах.
— Демонопоклонники? — догадалась я.
— Демонопоклонники. — Ангел откинулся на спинку сиденья и помолчал. — Мы кое-кого уже вычислили, но уверены, что к моменту прибытия последней из демонов здесь соберется тьма тьмущая желающих ему помочь.
— Вам следует быть очень осторожными, — добавил вампир. — Никому не доверяйте.
Я вздохнула. Как будто мне было, кому доверять.
Вернувшись в гостиницу, я поднялась к себе. Шок от случившегося прошел, и осознание того, что только что произошло, накрыло меня с головой.
Я потеряла Керра.
Я использовала на нем свои демонические способности.
Мы расстались, возможно, навсегда.
Я не могла в это поверить. Слишком крепко мы были связаны. Слишком прочной была эта связь. Керр был в моей жизни так долго — почти шестнадцать лет — и теперь он просто исчезнет из нее навсегда?
Все происходящее здесь и сейчас подчинялось незримому закону, постичь который было не под силу никому. Земляне называли его Фатум или Рок. До того, как события прошлого и будущего переплелись в моих снах воедино, я в него не верила. И даже смерть подчинялась этому закону, хоть ангелы и вампиры и пытались подчинить ее себе.
Я не думала, что Керр погибнет или пропадет навсегда. Я запретила себе думать об этом и просто приняла происходящее, как есть. У меня не было выбора.
Наутро никто не удивился моему внезапному исцелению. Только Льза поинтересовалась, куда это я вчера уезжала, остальным до этого, казалось, не было дела.
Я ехала на тренировку, вспоминая вчерашнюю вспышку и то, как я в мгновение ока наложила на Керра узы смирения и покорности. Эта вспышка что-то мне напоминала, что-то столь же эмоционально сильное, почти забытое, то, что произошло давным-давно.
И она была очень похожа на тот спонтанный всплеск шестнадцать лет назад, когда лихорадка возвращения помогла моей способности вырваться наружу.
Я не хотела снова испытывать то, что испытала тогда. От воспоминаний о лихорадке меня бросало в дрожь.
— Это ведь Уз’кул вчера к тебе наведывался? — спросил Дар, и я вернулась к реальности.
— Что?
Он повторил вопрос.
— Да. Он.
— И зачем?
Я пристально на него посмотрела. С чего вдруг такой интерес?