— Я подумаю, — сказала я.
— Подумай, — сказал он. — Иди, отдыхай. Позвони мне завтра, ладно? Расскажи, как все прошло.
Мне очень хотелось спросить его, стоило ли сжигать мосты, чтобы вот так, после первого разговора снова возвращаться к нормальным отношениям, пусть и всего лишь дружеским. Но я сдержалась. Мне не хотелось ссориться снова.
Глава 15
До озера было два часа дороги. Я закуталась в одеяло, откинула спинку кресла и проспала весь путь, уютно свернувшись на комфортабельном сиденье. Льза и Ракель не отставали. Сатри даже пошутила по поводу того, что, как видно, вчера мы неплохо провели вечер. Она была как никогда далека от истины.
На Лесном, как обычно, было много народу. Я уже предвкушала сомнительное удовольствие сидеть на солнце, слушая визг детей и ругань взрослых, но водитель куда-то завернул, потом снова, и вот уже микроавтобус выехал на небольшую полянку перед мелким озерцом, о котором я, коренная жительница города, и не знала.
— Приехали. Озеро Моховое, — сказал он, обернувшись.
Я к тому времени уже проснулась и глядела в окно вместе с остальными. Плескались лягушки в воде, стрекотали какие-то сверчки, пахло мокрой землей и солнцем, которое уже начинало припекать, несмотря на неполных восемь утра. Мы высыпали из микроавтобуса, потягиваясь и зевая.
Выбравшись из салона, водитель подошел к багажному отделению и открыл его. Складной столик, палатка, зонт, стулья, мангал, пакет древесного угля, куча всякой снеди и холодный лимонад в большом холодильнике — кажется, высшие расы действительно решили дать нам возможность отдохнуть.
— Пир во время чумы, — проворчала рядом со мной Льза. — Или последнее желание приговоренного? Что больше подходит?
В каком-то смысле она была права. Я не думала, что до момента прибытия демона у нас будет еще хотя бы один день отдыха.
Мужчины вытащили мангал, палатку и столики со стульями, мы быстро переоделись в купальники и нырнули в прохладную воду. Я плавала до одури, заставляя себя не думать ни о чем, по крайней мере, до времени обеда. Мы решили сказать всем после, чтобы не портить отдыха. И пока я пыталась отдыхать и веселиться.
Хотя «веселиться» — громко сказано. Водитель уехал, пообещав вернуться к вечеру, часов в восемь. У нас было двенадцать часов передышки перед финальной частью забега с препятствиями. Если честно, мне хотелось, чтобы этот день длился вечно.
Чтобы не наступало завтрашнее утро, не начинались заново тренировки на полигоне — а завтра мы должны были перейти туда, не слышался снова голос Ирины, не смотрели на нас из-за стеклянных стен люди с оружием в руках.
— Как тебе в лидерах, Нина? — я лежала на расстеленном на траве полотенце возле воды, когда рядом, расстелив свое полотенце, улегся Щадар. Стройности его смуглого подтянутого тела позавидовали бы герои любовных романов. — Как видно, это я оказывал на тебя плохое влияние. Сдерживал способности, не давал раскрыться.
Я повернула голову и посмотрела на него, не понимая, о чем речь. Причем тут лидеры, причем тут он?
— Мы делаем одно дело, разве нет?
Он закинул руки за голову и закрыл глаза.
— Ведь в тот раз ты сама остановилась, а я не я тебя остановил. А теперь вы трое — прямо крутые спасительницы мира. А мы так… массовка.
— Что мешает тебе стать одним из нас? Ты ведь можешь, я работала с тобой, я знаю…
— Спасибо за веру в меня, — саркастически заметил он.
— Я просто не понимаю, чего ты хочешь, — сказала я прямо. — Я тебя не выгоняла. Ты сам отказался со мной работать.
— Нина! — позвала Льза. — Ты не могла бы подойти?
Я поднялась и без единого слова направилась к ней. Она и Ракель сидели за столиком, потягивали лимонад и перебирали стопку журналов, привезенную из гостиницы. Жестом попросив меня присесть, Льза посмотрела на меня.
— Самое время. У Чима истерика, он все утро не дает мне покоя, постоянно просит раскрыть «секрет».
— У Дара тоже, — покосившись в его сторону, заметила я. — Начал рассказывать мне о своей тяжелой судьбе. Думаешь, они сговорились?
Льза пожала плечами.
— Думаю, а почему бы и нет? Чем раньше мы расскажем, чем большему сможем научить.
— На тренировке не получилось, — заметила Ракель, допивая лимонад.
— Они просто не знали, с чем имеют дело, — сказала я.
Я была почти уверена в успехе. Переходили наверняка все. Если это ощущение вспомнить, если попытаться сконцентрироваться — я надеялась, что получится у всех.
Мы позвали остальных. Сатри выбралась из воды, Чим и Берк перестали возиться с мангалом, в котором уже успели развести огонь, Ракел аккуратно накрыл нарезанные овощи салфетками, чтобы не налетела мошкара, и тоже подошел к нам.
— Что-то важное, Льза? — спросил Дар, не поднимаясь со своего места. — Речь?
— Тебе лучше все же послушать, — сказала она. — Это касается обучения.
— Даже так? Ты чему-то хочешь нас научить?
— Не она, а мы, — сказала я резко. — Дар, это важно, ты подойти можешь?
— Давай без истерик, о, сильнейшая, — он поднялся, аккуратно и очень медленно свернул полотенце, надел на ноги шлепанцы и приблизился.
Достав из сумки-холодильника бутылку лимонада, лениво откупорил ее и отпил из горлышка, потом налил в стакан, уселся на стул и оглядел нас так, словно только что увидел.
— Рассказывайте.
— Давай, — поддакнул Чим, глядя на меня. — Валяйте уже.
Выложила новости, как ни странно, Ракель. Доселе достаточно молчаливая, она вдруг показала себя красноречивым оратором. Не упоминая Керра и наш с ним разговор, она рассказала о воплощениях и о том, что наша способность перекрывать чужую инвазию связана с ними. Только Чим находился здесь в истинном воплощении — его «вторички», как он их называл, погибли все разом во время особо сильного проявления способности. Именно из-за этого выброса, сильного и практически неконтролируемого, его и определили к нам в группу.
Именно этот выброс должен был, в конечном итоге, спасти почти всех нас.
Мы провели остаток дня в тренировках, накладывая узы друг на друга и пытаясь их снять синхронными волнами. Получилось почти у всех. Дар работал в паре с Ракель, сначала не особенно реагируя на ее замечания, но потом, когда мои узы — а снимал он их — поддались, и воля добровольца, которым на этот раз была Сатри, освободилась, в нем что-то словно прорвалось.
Наша тренировка была последней. Уже скоро должны были поджариться на мангале сардельки, все хотели есть и то и дело поглядывали в их сторону. Чим и Ракел вернулись к столу, принявшись расставлять на нем тарелки со снедью, когда, издав легкий вскрик, Дар опустился на колени и закрыл лицо руками.
На мгновение внутри меня все сжалось. Инфи великий, что-то пошло не так, мы сожгли ему мозг, свели с ума, у него глаза лопнули — я была готова предположить, что угодно. Ракель и я подскочили к Дару одновременно, коснулись его спины, но он вдруг дернулся, вскочил на ноги и побежал прочь, не оборачиваясь и не отзываясь на наши окрики.
— Что с ним?
Ракель тоже казалась перепуганной, даже Льза была бледной как смерть.
— Я надеюсь, мы ничего не напутали, — сказала она. — В Совете нас просто убьют.
Остальные тоже перестали заниматься столом и напряженно смотрели в сторону леса, куда ушел Щадар.
— Может, сходить за ним? — спросил Ракел.
Я покачала головой.
— Все прошло нормально. Узы он снял, волна была хорошая. Ракель?
Она пожала плечами.
— Мы синхронизировались и пробили инвазию. Я ничего не заметила.
Дар показался из-за деревьев, и мы вздохнули с облегчением, когда увидели, что все с ним нормально. Он опускал глаза и не смотрел в нашу сторону, и, когда приблизился, я заметила на его лице следы слез.